Онлайн книга «Искатель, 2012 №5»
|
Завтракать не хотелось. Да и времени до встречи оставалось всего три часа. Не так уж много. Надо на всякий случай провериться, оставить машину на Ленинском проспекте у дальнего выхода из парка Горького, а самому заранее подойти к главному входу. Даже если Павленко приведет с собой кого-нибудь, они не будут сразу вступать в игру. Им надо изучить противника, дать ему раскрыться, услышать его предложение. А он, Горелов, поведет Павленко через весь парк, а у Голицинских прудов бросит его и по дорожке устремится к боковому выходу, к своей машине. И уж тут его не догнать. Даже если им сообщат по рации — машинам не успеть развернуться от Крымского моста... * * * Савенков стоял у главного входа в парк Горького с большим букетом астр. Он считал, что это была отличная маскировка — трудно представить себе сыщика такой комплекции, да еще с цветами. Так, перезрелый ухажер ждет даму своего сердца. Этот образ подчеркивали попеременные нетерпеливые взгляды на часы и вдаль, на толпу у колонн главного входа. Там, под одной из них, стоял взволнованный Павленко. Держался он сносно. Нервное состояние вполне соответствовало моменту. В сторону Савенкова не смотрел, помня строжайший запрет. Но зачем же все время чесать грудь, где был прилеплен микрофон! Полдень. Час икс! Савенков чуть приблизился к Павленко, но развернулся к нему спиной. Так надежнее — именно в последнюю минуту Парнас будет самым внимательным образом рассматривать окружающих. Правда, можно пропустить момент встречи, но потерять их из виду Савенков не боялся — в карманах Павленко находились две большие зажигалки с радиомаячками. И не просто зажигалки, а с улыбающимися портретами кандидата в депутаты господина Павленко. От такого подарка Парнас не должен отказаться. Когда в три минуты первого Савенков оглянулся, Павленко у колонны уже не было. Очень не хотелось проявлять себя, но и отпускать объект более чем на триста метров опасно... Савенков прикрылся букетом, извлек спрятанный под воротником рубашки наушник и водрузил его на место. Есть сигнал! Он догнал их на центральной аллее. Два уже немолодых человека шли неторопливо и с виду мирно беседовали о своих делах... На первый взгляд, Парнас мог привлечь внимание только одним — нелепо смотрелась на нем в такую жару кепка-лужковка. Да еще огромные зеркальные очки, напрочь скрывающие глаза, и усы, более темные и пушистые, чем остальная растительность. Савенков пристроился за парочкой метрах в десяти, отбросил букет и стал на ходу производить странные манипуляции в своей сумке. Сейчас, когда он их видел, радиосигнал от зажигалок был не нужен. Но приемник в сумке упорно не переключался на микрофоны, которыми был облеплен Павленко. Наконец Савенков услышал голоса: — Нет, господин Павленко, деньги меня не интересуют. Пока не интересуют. — И что вы хотите? — Хочу, чтоб вы были депутатом. Вы должны быть моим человеком в Думе. — Зачем? — Не спешите, Павленко. Всему свое время. И не бойтесь. Я не заставлю вас воровать. Так, мелкие услуги для больших людей. — Но я мало что смогу там сделать. — Сможете, Павленко. Тем более, надеюсь, вы там будете не один. — А если я откажусь? — Не откажетесь. До выборов, если я сброшу эти документы, — вас прокатят с большим приветом. Народ не любит стукачей. А после выборов... Кстати, чтоб вы не отказались после выборов — напишите мне подробную бумагу. |