Книга Искатель, 2012 №5, страница 66 – Анатолий Галкин, Елена Болотова

Может быть, никто ничего и не говорил или говорил совсем другое. Но он был уверен, что иначе о нем думать не могут.

Именно поэтому уход жены оказался для него ударом.

Произошло это вдруг. Без ругани, без скандалов. Всего за неделю до бегства она начала говорить, что он скучный, что у него нет друзей, что все вокруг живут богато, а он денег на машину заработать не может... В последний день она сказала, что он слишком правильный, а поэтому — пресный.

Она-нашла действительно обидное для него слово. И она была не права.

Горелов был человеком страстным. Еще бы — всю жизнь работать на образ праведника... Просто многие за страсть принимают ее внешние проявления — горящие глаза, возгласы, гримасы и ужимки. Это часто бутафория, выпускание пара. Настоящие эмоции должны не гореть, а долго тлеть внутри...

В день ухода жены у Горелова сразу появился новый пунктик, новая маленькая страстишка. Она быстро росла и уже к вечеру вытеснила ту, старую. Стремление быть идеально хорошим человеком поблекло, и на его листе разместилась страсть доказать ей, что она не права. Не вернуть жену, а доказать, что он не скучный, не пресный, не бедный.

Поскольку два первых определения почти невозможно измерить, Горелов сосредоточился на последнем.

Уже через год после нескольких встреч с Ильей Баскиным он имел столько денег, что мог бы купить шикарную иномарку. И даже две... Но он приобрел себе старые «Жигули». И всего лишь «семерку».

Работал Горелов по конкретным заданиям. Баскин передавал ему списки интересующих его людей, а уж он «шерстил» их по своим учетам, картотекам, фондам.

Со временем пришлось сделать дома два тайника — для денег и для очередной порции документов, которые чаще всего представляли собой ксерокопии.

Деньги накапливались, а документы приходили и уходили. И Горелову стало их жалко. Он понимал, что Баскин платит лишь крохи за столь ценный товар. Эти бумаги стоят в десятки, в сотни раз больше!

Горелов решил начать свою игру. Не бросать Баскина, нет, но сплавлять ему менее ценную информацию. Сливки же оставлять у себя.

Около года он копил свой архив. Но бумажки в ящике под паркетным полом сами по себе не грели. Они приобретают свою силу только тогда, когда они работают. С их помощью можно держать на крючке не один десяток сильных мира сего, а значит, иметь деньги и некоторую, пусть тайную, власть.

Горелов четко знал, что большинство агентов и разведчиков «горят» на связи. Не на самой работе, не на сборе информации, а на встречах, на личном контакте.

Именно потому он так долго не решался встретиться с Павленко, которого выбрал себе в качестве пробного камня.

Готовился он по всем правилам: изучение места встречи и путей отхода, легендирование своего пребывания в точке, контрнаблюдение, грим, псевдоним.

«Парнасом» он назвал себя случайно. Просто пришло в голову красивое слово, точный смысл которого он не помнил. В первый момент он даже решил, что это конь с крыльями.

Словарь сообщил, что Парнас — гора, где жил Аполлон со своими музами. Подходяще! Вот Павленко и будет первой «музой» на этой горе. И регулярно будет петь свои песенки под его, Горелова, дудку...

Для встречи с Павленко Горелов решил взять всего один документ. Самый убойный. Для начала хватит...

Горелов поплелся на кухню. В своей квартире он больше всего не любил это место. Здесь ему всегда вспоминалась жена. Не в кровати, не у телевизора, а здесь, у плиты, около гор грязной посуды, которую рано или поздно все равно приходилось мыть самому.