Книга Искатель, 2012 №5, страница 19 – Анатолий Галкин, Елена Болотова

— Да, я помню, — кивнул Сай. — И настало время воплотить мечту в жизнь. Конечно, посылать людей и танов на эти планеты еще рано. Там должны поработать машины. Смонтировать станции, разведать запасы сырья, вырастить сады под куполом. Короче говоря, создать условия для существования живых существ.

— Не слишком ли сложная задача для машин? — спросил с сомнением Нордик. — Кто-то должен ими управлять.

— Как раз в этом и главная находка. Мы создаем машины, управляемые их собственной программой, которая будет совершенствоваться методом обратной связи, подстраиваясь под меняющуюся обстановку. Они будут анализировать ситуацию и самостоятельно принимать решения в соответствии с заданной целью. Мы создадим армию таких механизмов, умных, сильных, автономных, способных к самокоррекции и развитию. Когда базы на планетах будут оборудованы и пригодны для обитания, мы полетим туда сами.

— А если они нас не примут?

— Кто?

— Наши умелые и развитые машины. Зачем мы им там, на обжитой и обустроенной их трудами планете? На их планете?

— Восстание машин?

— Именно.

— Но тогда... Что же делать? Вводить схему, тормозящую развитие искусственного интеллекта? Что ты предлагаешь?

— Что я предлагаю? Отправлять роботов и ждать. И готовить делегацию для налаживания сотрудничества с новой, только что зародившейся космической цивилизацией.

Они замолчали, глядя задумчиво на свои застывшие поплавки. Ни единого дуновения ветерка, ни шороха, ни плеска не нарушало предрассветный покой, словно озеро со своей зеркальной гладью, с осокой по краям и рощей на берегу отключилось от какого-то своего источника питания и зависло неживой картинкой. Но паутина тумана над темной водой постепенно редела, воздух над ней светлел, розовый лакмус предутреннего неба над рощей бледнел, превращаясь постепенно в дневную голубизну. Вот и ветерок подул, заходила рябь по воде, запрыгали поплавки. Застывшая на время картинка ожила, подключившись к энергии нового разгорающегося дня.

На станции Раздельная поезд Одесса — Москва быстро облепила живописная толпа местных торговок. Они скатывались с соседних платформ и устремлялись к самым богатым вагонам в надежде за несколько минут стоянки сбыть свой нехитрый товар.

За последние годы здесь мало что изменилось. Правда, появились шустрые ребята с пластиковыми бутылками с шипучкой, блоками сигарет и заморскими шоколадками. У местных же бабок, которых здесь было большинство, товар был стандартный: ведерки с яблоками, вязанки лука, соленые огурцы, завернутые в газету жареные куры.

Толпа эта копошилась у дверей вагонов, галдела, перекатывалась вдоль окон, демонстрируя невозмутимым пассажирам свою снедь...

Те, кто садился в этот поезд в Раздельной, уже разместились в крайних плацкартных вагонах. В последний момент к «СВ» подбежал высокий мужчина неопределенного возраста. На нем был легкий светло-бежевый костюм, яркий галстук и рыжие туфли с тиснением под крокодилову кожу. В таком наряде он был бы неотличим от гуляющей публики где-нибудь на Дерибасовской или рядом с Дюком на Приморском бульваре. Но здесь, в галдящей толпе местных жителей, он явно выделялся. Правда, в данный момент у всех были более важные дела, чем обращать внимание на какого-то франта.