Книга Искатель, 2012 №2, страница 46 – Владимир Лебедев, Татьяна Косова

Муслим поскучнел.

— Да мы уже знаем, что он и правда получил наследство, — сказал он и поспешно добавил: — Хотя, конечно, ваш рассказ интересен. Прежде всего, тот факт, что Хохолок... то есть я хотел сказать, что ваш клиент вас туда послал, сам по себе интересен.

Пьер сделал вид, что не заметил оговорки. Он уже понял, что Муслим вовсе не дурак и, скорее всего, догадался, с чьей подачи он угодил в это дело.

— Думаешь, он охмурил этого грека? — отбросил церемонии хозяин кабинета.

— Нет. Не думаю. И адвокат тоже так не думает. Грек-то был не маразматик, кому попало денег не оставил бы. Я специально расспрашивал адвоката, и очень пристрастно. Ведь Цескас сам к нему приходил, был в здравом уме и твердой памяти, явно радовался, что родственников обрел, и заверил юриста, что нанял специальных людей и убедился: обмана тут никакого нет. Я бы их и поискал, людей этих, да только чует мое сердце: нет никаких людей. Тут другое что-то. Тыс наследником разобрался?

— Наследник молодой еще, в другом городе живет, в день убийства был дома. Отец и так давал ему все, что он хотел... короче, о прямом наследнике можно забыть. Да и не мог он.

— Что не мог?

— Цейскому шею свернули. Профессионально.

Пьер присвистнул.

— Заказное?

— Нет. Заказникам шею не сворачивают. Хотя я не могу понять, почему. Тихо, быстро, бесшумно. Наши медэксперты уверяют, что он ничего и понять не успел. Никакого оружия не остается, все шито-крыто. Иногда прямо оторопь берет — как легко можно убить человека.

— Кто-то, кого он знал?

— Похоже на то. Двери открыты, но соседи и знакомые говорят, что у него в доме часто были двери открыты. Черт его знает почему, он их просто не закрывал. Не боялся, видимо, никого.

— Думаешь, подготовленное убийство?

— Кто ж его знает. Но похоже на то. Все очень просто, потому и не знаю, за что тут уцепиться. Сам знаешь: дилетанты считают, что чем убийство и вообще происшествие загадочнее — тем сложнее разобраться. На самом деле все наоборот. Человек просто найден у двери своего дома с переломленной шеей...

— Кстати, кем найден?

— Соседка его нашла, она к нему убираться ходит. Вообще, она работает постоянно в соседнем доме, там же и живет, но ее хозяин не возражает, чтобы она подрабатывала. Вот она и явилась полы помыть.

— Ты опрашивал ее?

— Конечно. Пришла как обычно, дверь приоткрыта, но она не удивилась, так часто бывало. Войти не смогла, потому что его тело лежало так, что загораживало проход. Она помчалась за соседями, а уже те позвонили в полицию.

— И с соседями, конечно, говорили.

— Конечно. Да только все без толку. Единственное, что удалось нарыть: в тот вечер никто к нему не приезжал. Соседка рядом обожает работать по ночам, она художница, а дорога там у них идет вот так, — Муслим взял лист бумаги и начертил Пьеру для наглядности схему расположения дома. — Видишь, вот его дом, вот соседкин. Все машины проезжают здесь, как бы в тупичок, и непременно мимо ее окон. Она видела, как он вернулся домой, примерно в семь часов, и с того времени по дороге вообще никто не проезжал. Она в этом уверена.

— А пешком или на автобусах?

— Автобусов там никаких нет. Пешком, конечно, прийти могли, да наверняка так и было. Вот отсюда, к примеру. Тут параллельная линия домов проходит. Но Цейский ни с кем там не общался, это все твердят в один голос. Так что маловероятно, чтобы кто-то из соседей вдруг решил прикончить его.