Книга Кричащая Башня знает, страница 186 – Любовь Минеева

И странное место для хранения такой улики – в кабинете на рабочем столе, где его может заметить уйма народу.

Думаю, уткнувшись взглядом в окно.

— Эй, ты меня слушаешь?

— Да, прости. Просто, все это… странно. Куда мы едем?

Я понимаю, что мы проехали всю длиннющую улицу Худайбердина до автовокзала, сделали круг по кольцу и едем уже по проспекту в сторону центра. В сторону Кричащей Башни.

— Да никуда, говорю же, просто колесим.

— Вези меня к дому, у меня где-то лежит визитка следака. Свой телефон я у Мазитова посеяла, позвоним ему с твоего.

Дима не отвечает и прибавляет газ. Наблюдаю, как его рука переключает рычаг скорости. Возле рычага емкость под стакан, заполненная монетами, фантиками и картонными скидочными картами. Вернее, одной. Из свадебного салона.

Чуть поворачиваю голову, пытаясь прочитать.

«Скидка-сертификат на третью покупку». Третью.

Первое платье – Аринке.

Второе – мне. То платье, которое он поджег перед моими окнами. И дневник. Он был у Суханкина. Ему нахрен не нужна никакая информация от Мазитова – он и так все знал. Он просто хотел пробраться в кабинет и подбросить туда Аринкин дневник. Зачем? Чтобы я увидела и оговорила Мазитова?

Чувствую, как начинаю дрожать. Хватит ли смелости выбраться из машины на ближайшем светофоре? Отрываю взгляд от карточки и поднимаю на Диму в надежде, что он ничего не заметил.

Упираюсь прямо в его широкую улыбку. Приторную, зловещую улыбку Аринки-призрака.

— Наконец-то увидела! Насть, мы не едем домой. Мы едем в Башню. Не обижайся, ладно?

Он проносится на красный сигнал, не замедляя хода. У меня нет телефона, он в сумке в кабинете Мазитова. Я мчусь в машине с убийцей. Настоящим убийцей.

Недолгую дорогу до Башни Суханкин молчит, а я слушаю пустоту в своей голове. Пытаюсь припомнить, как спасались герои фильмов, попав в похожую ситуацию, но понимаю, что никаких идей у меня нет. Я не могу тайком набрать номер, написать сообщение, оставить след из хлебных крошек, заточить ногтем шпильку – да и обычной шпильки, не заточенной, у меня нет.

Башня встречает нас угрожающим безмолвием. Отчаянно пытаюсь увидеть хоть какого-нибудь одинокого бомжа у помойки или собачника, но вокруг безлюдно, словно проклятый дом выжигает все живое вокруг себя. Или Башня помогает Суханкину приносить жертвы к своему подножию?

Суханкин поворачивает во двор, и как только машина замедляет ход, я дергаю дверную ручку, но тут же получаю удар кулаком по уху. Звон в голове едва не лишает меня сознания, перед глазами все плывет, и я перестаю чувствовать ноги и руки.

Это дает моему похитителю возможность припарковаться, хоть и небрежно. Когда машина останавливается, я снова пытаюсь выбежать, дверь открывается, но в ту же секунду перед глазами мелькает лезвие ножа, которое через мгновение упирается мне в шею. Сердце начинает неприятно ныть, а по коже бегут мурашки. Я патологически боюсь лезвий, бритв и всего подобного. Инстинктивно пытаюсь отшатнуться, но Суханкин держит меня крепко.

— Двигайся! – командует он. – Только осторожно… Без резких движений, ладно, Насть?

Он переползает на мое сиденье и вместе со мной чуть ли не вываливается из машины.

— Дима, – бормочу я. – Отпусти меня, пожалуйста! Мне очень страшно! Не надо этого делать!

Он толкает меня к подъезду.