Книга Королева Лета, умри, страница 80 – Любовь Минеева

Нелька загадала встретиться на повороте к реке, у выгона. Почему нельзя было пересечься где-то в другом месте? Спуск к реке начинался с пригорка, и мало того, что она здесь была как на ладони для всей Агидельской улицы, так еще ей был виден Ленькин дом. Неказистый коричневый домик, с фонарем над крыльцом и аккуратным палисадником. Там, в кухне, они поцеловались в первый и последний раз. Если бы можно было опять и опять возвращаться в какой-то один-единственный момент своей жизни и проживать его заново – Вика бы выбрала этот. Их поцелуй.

В окнах горел свет. Интересно, чем он занимается? Лежит на кровати и грезит о своей Майе? Мечется по комнате, пытаясь понять, что же с ней произошло? Жалеет ли об их ссоре? Вспоминает ли Вику?

Она уже сделала шаг в сторону улицы, сама до конца не понимая, зачем идет к его дому, как на плечо легла ледяная ладонь. Вика взвизгнула и тут же зажала рот. Нелька, бледная как смерть, стояла рядом.

— Ты чего так пугаешь?!

— Тихо! Давай спустимся немного.

Они отступили в тень пригорка.

— Зачем нам вообще встречаться на выгоне? Мы ж на одной улице живем, можно было у меня во дворе поговорить, все равно никого нет.

Неля нервно огляделась.

— Ага, и Марина по соседству, и… моя сестра. Нет, нельзя, чтоб нас видели вместе, они и так что-то подозревают!

— Они?

Неля порывисто вздохнула.

— Ты что, не слышала, что Марина сторожихе говорила?

Честно говоря, Вика смутно помнила детали этих нескольких фраз. Общий смысл был ясен – баба Ляля и Марина что-то знают об убийствах, сторожиха боится, а Марина говорит об опасности. Но что конкретно было сказано и где истина – сложно определить. Вика неуверенно пожала плечами.

— Не могу поверить, что Марина Игнатьевна на такое способна. И зачем ей расправляться с Япрынцевой?

Неля измученно посмотрела на Вику. Та сразу примолкла и поняла, что Лукманову давно уже грызут какие-то страшные мысли.

— Ну рассказывай. Вместе что-нибудь придумаем!

— Обещаешь, что не будешь никому ничего говорить без моего согласия?

— Обещаю!

Неля порывисто вздохнула, снова судорожно огляделась и зашептала, словно они стояли не у кромки огромной пустой поляны, а в школьном коридоре на перемене.

— Я думаю, тут все в сговоре.

Вика молча слушала, впитывая каждую фразу.

— В тот день, после дискотеки, я ждала Таньку в школьном дворе. Залия, сестра моя старшая, написала, мол, бегом домой, родаки вернулись с гулянки и лютуют. Но когда я пришла – никого дома не было. Даже Залии. Я вернулась к школе – но там уже было темно и тихо. Пошла к реке – все наши на месте, кроме Тани. На звонки она не отвечала. Ну, я решила, тусит со своим женатиком. А сестра потом сказала какую-то чушь, мол, ошиблась, показалось, не так поняла маму и все в этом духе. Она соврала, понимаешь? Она специально увела меня от школы, от Тани!

— Зачем ей это?

— Она подруга Марины. Они же одноклассницы, с детства дружат.

— Зачем это Марине?

Неля взглянула снисходительно, словно говоря: ну до этого-то уж сама додумайся!

— Думаешь, Япрынцева и председатель, муж Марины Игнатьевны?.. – начала догадываться Вика.

Председатель СПК – Роман Альбертович, конечно, еще не старый, лет тридцати пяти, наверное, и в принципе не урод, но… Таньке, блин, девятнадцать! Зачем ей этот старпер, когда вокруг нее столько парней увивалось?