Книга Королева Лета, умри, страница 64 – Любовь Минеева

— Я ночевала у Лени. Но родители не в курсе, ясно? Они думают, что я была у Саши. Узнают правду – прибьют…

— Ну, ты же умница и понимаешь, что это так и так всплывет. Так что лучше скажи им сама, хорошо? Думаю, они даже рады будут, ведь Сашу убили в ту ночь.

Вика порывисто вздохнула.

— Итак, ночевка у Плетнева. Это же соседний дом? Что интересного видели-слышали?

Пожала плечами:

— Ничего.

* * *

Лукманова Неля смотрела на него с недоверием. Вообще, она вся выглядела как один большой знак вопроса: сидела ссутулившись, глядела исподлобья – в те редкие моменты, когда в принципе поднимала на него глаза. Светло-каштановые волосы собраны в небрежную косичку, перекинутую вперед. Мода у них, что ли, на растрепанные прически? Бледное усталое лицо, опрыснутое мелкими веснушками, темные круги под глазами и потрескавшиеся губы говорили о бессонных и, верно, тревожных ночах.

— Чаю налить? Или кофе?

Он встал и для приличия погромыхал чашками на столике у мойки. Оглянувшись, удовлетворенно отметил, что недоверие на лице девушки сменилось любопытством.

— Да нет, спасибо, – тихо ответила она.

— Ну, как знаешь. Мне сказали, что эти девочки были твоими подругами. Соболезную.

— Только Таня. С Сашей мы мало общались.

— А чего тогда в гости к ней пошла?

— Все пошли – и я пошла.

— Что там интересного было?

— Да вот именно, что ничего. Мы с девчонками ушли минут через двадцать.

— Понятно. Тогда ты последний раз видела Сашу?

— Да.

Булат замолчал, делая записи в блокноте. Неля неуверенно поерзала на стуле. Пауза затянулась, но Акманов делал вид, что старательно пишет показания, и она расслабилась, откинувшись на спинку.

— Чего ж ты подругу-то бросила?

— Что?

— Там, возле школы. Не дождалась ее?

Девчонка замялась, уткнулась в ладони и заплакала – навзрыд, совсем по-детски. Булат подождал, пока схлынет эмоциональная волна, протянул Лукмановой бумажный платочек.

— Я не бросала! Мне… сестра написала, что нужно срочно домой. Я Тане отправила эсэмэску. Я же не знала…

— А что за срочность?

Взгляд серых глаз забегал зигзагами, а руки принялись терзать салфетку.

— Родители пришли с праздника, а я… должна была быть дома. Сестра предупредила, что мне влетит, если не покажусь. Потом они ушли в гости, и я убежала. Мы должны были встретиться у реки. Но Таня так и не пришла.

— Говорят, ты видела кого-то возле школы?

— Мне померещилось.

— Расскажи.

С явной неохотой Неля повторила историю о высокой женщине в черном, что стояла на другой стороне улицы, как раз напротив школы.

Высокая женщина, закутанная в черное. Это интересно.

— Я тебе верю. Думаю, тебе не показалось.

* * *

Девица Кабирова вальяжно развалилась на стуле, нагло перекатывая во рту жвачку и глазея на следователя с бесцеремонным любопытством. Ей, разумеется, никакого предложения попить чайку не светило. В остальном, в отрыве от поведения, девушка была красива – а Акманов был ценителем женской красоты: длинные прямые волосы, тонкая фигура, точеная, как у балерины, большие карие глаза – характерная национальная раскосость придавала выражению ее лица сходство с кошачьим. Ее бы приодеть, навести, так сказать, лоску…

— Фамилия, имя, отчество, год рождения.

Кабирова тут же встрепенулась, выпрямилась на стуле и ответила как бывалый зэк – четко и без запинки.