Книга Кровь на песке, страница 202 – Брэдли Бэлью

— История о любви, значит, – хохотнула она. – Это, по-твоему, любовь?

Она опрокинула его на спину и села сверху, потираясь влажным лоном о его отвердевшее мужское естество.

— Не похоже это на любовь.

Она наклонилась и поцеловала его глубоким долгим поцелуем, и, оседлав, то приподнималась, то опускалась, сперва медленно, потом все быстрее, быстрее, словно ялик в бурю, подскакивающий на дюнах. И вот пришла очередь Дауда вскрикивать, хватаясь за край ковра. Он не ожидал, что закричит так громко, – с той стороны вновь послышались смешки, в основном женские. Щеки Дауда запылали, он притянул Расиму ближе.

Они долго лежали молча, не желая разрушать волшебство, и мало-помалу Дауд уснул.

Проснулся он от того, что чья-то рука зажала рот. Он увидел нависшую тень и, решив, что это Тайяр, забился сильнее. Но нет, силуэт был тоньше…

— Тихо, идиот!

Боги всемогущие, Анила! Он расслабился, и та медленно убрала руку от его рта, поманила за собой. Расима так и лежала рядом с ним, обнаженная, похрапывая тихонько. Дауд осторожно высвободил из-под нее руку, встал, пытаясь одновременно натянуть одежду, но упал обратно. Звезды плясали над головой, горизонт изгибался.

Анила нетерпеливо ждала и, стоило ему наконец одеться, схватила его за руку и притянула к себе, будто они – влюбленные, гуляющие по дюнам. Дауд попытался вырваться, но она не пустила.

— Если хочешь выбраться отсюда живым, схватись за меня, как глупый влюбленный теленок. Представь, что я Расима.

Он послушался, но лишь для того, чтобы немного прийти в себя.

Корабельные мачты нависали над ними на фоне чернильного неба, где-то за бортами кораблей осталось празднество. Анила быстро двинулась к оазису. Дауду казалось, что она вот-вот побежит и изо всех сил сдерживается, боясь, как бы кто не заметил их с корабля или из кустов. Он решил сыграть свою роль и обнял Анилу за плечи, даже попытался взять за руку, но получил шлепок. Это слишком, значит.

Дойдя до оазиса, Анила свернула влево, к пруду, удачно заслоненному от кораблей листвой – лишь мачты торчали над деревьями. Стоило кораблям скрыться, как Анила схватила его за руку и бегом потащила по песку.

— Куда мы? – прохрипел Дауд. Она не ответила, а вскоре он сам увидел: среди камней стоял ялик, тот самый, на котором они с Тайяром отправились на прогулку.

— Но где…

Он заметил тело у воды и запнулся. Тайяр лежал на примятой траве, голый. На одеяле под ним расплылись темные пятна. Дауд подошел ближе, завороженный тошнотворным зрелищем: голова Тайяра превратилась в месиво из крови и волос, кое-где торчали кости. Рядом лежал камень размером с дыню, темный с одного края, будто полумесяц, упавший с небес.

— Дауд! Быстрее!

— Сколько раз ты его ударила?

— Достаточно, чтобы он перестал шевелиться. Быстрее, не то они сделают с нами то же самое!

Дауд обернулся и увидел, как она медленно выталкивает ялик к каменной гряде. Он поспешил помочь ей, и скоро они вышли на открытый песок.

Он вгляделся во тьму, дрожа от мысли, что кто-то наверняка увидел их и вот сейчас поднимает тревогу – дюжины людей проснутся, бросятся в погоню…

Их повесят на мачте. И может, потащат за кораблем – устроят «песочную порку», как это называют кочевники, – до тех пор, пока кожа и мышцы не слезут с костей.