Книга Кровь на песке, страница 139 – Брэдли Бэлью

Однако эта идея строилась на допущении, что Мерьям способна убить собственного отца, чтобы получить больше власти или хотя бы больше свободы.

Нет, глупость. После гибели Алдуана она выглядела такой потерянной! Но что, если в ее глазах он на самом деле увидел не горе, а вину?

«Что я наделала, Рамад…»

— Выглядишь так, будто на собственную могилу наступил, Рамад Амансир.

Возможно, так и есть.

— Ты сказала про игру… и я вспомнил о Гулдратане. О своем обещании.

— Та девушка…

— Да, та девушка, Белая Волчица. Она этого не заслужила.

— Если ты так за нее беспокоишься, все, что нам нужно, – преподнести ему Хамзакиира на блюдечке. Вопрос – как.

— Я тоже об этом думал, – Рамад позвонил в стоявший на столе серебряный колокольчик. Мерьям приподняла бровь.

— Мы в Шарахае меньше дня, а ты уже сочиняешь планы. Я впечатлена, Рамад.

Служанка вошла в комнату.

— Моя повелительница?

— Впусти Тирона, – велел Рамад.

Служанка поклонилась и вышла. Мерьям вновь наполнила кубок недрогнувшей рукой и, заглянув в его алые недра, сделала медленный глоток, облизнула губы.

— Рассказывай.

Рамад отпил из своего кубка и кивнул.

— Помнишь, как я нашел Белую волчицу?

— Следя за Юваань Синь-Лэем.

— Думаю, пришло время выяснить, что императрице Алансаль нужно в пустыне.

— Значит, Мирея…

— Именно так, моя царица.

Царь Алдуан запретил им с Мерьям совать нос в дела Миреи, но после его смерти препятствий не осталось. Разумеется, осторожность была необходима – не стоило дергать за усы мирейского тигра, – но им давно уже следовало узнать, чего хочет императрица. А значит – присмотреться к Ювааню, ее основному шпиону в Шарахае.

И снова вернулась непрошеная мысль: что, если Мерьям все это спланировала?

Нет. Слишком цинично. Мерьям искренне любила отца.

В дверь постучали, и вошел Тирон – мужчина лет тридцати, хмурый, с нечесаной бородой.

Он низко поклонился обоим.

— Моя повелительница. Мой господин.

— Садись, – Рамад указал ему на стул Базилио. – Расскажи царице, что ты выяснил.

Тирон нахмурился еще сильнее, вспоминая.

— Я следил за Юваанем, как вы и приказали, прежде чем отправились в Каимир, но этот человек очень осторожен: ни разу не ходил в подозрительные места, не говорил с подозрительными людьми. Постоянно сидел на Таурияте. Руан, его человек, связывался со скарабеем лишь раз, после смерти Короля-Странника. А Осман, хозяин Ям, даже близко к Ювааню не подходил. – Тирон подался ближе. – Поняв, что тут глухо, мы начали следить за доверенными людьми Османа: Дехой, Бахралом и Фаидом, но ни один из них не связывался с Юваанем.

Мерьям перевела взгляд на Рамада.

— Алу всемогущий, не тяните кота за… хвост. Рассказывай уже, Тирон.

Тирон слабо улыбнулся в бороду.

— Один паренек в последнее время шустро продвигался по службе. Видно, Осман решил, что он готов к серьезным заданиям.

— Его имя?

— Тарик Эсад’ава. Его видели в компании людей, передававших послания Руану, так что бьюсь об заклад, он тот, кто нам нужен. Но есть риск.

Такие задания всегда сопряжены с риском. Значит, Тирон имел в виду что-то серьезное.

— Какой же?

— Я кое-что разнюхал. Может, к Ювааню это и не относится, но Тарик заходил к Лоскутному принцу.

Рамад ненавидел все эти внезапные осложнения.

— Лоскутный принц?

— Он что-то вроде местного героя. Помогает подсевшим на черный лотос, они его за это обожают.