Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 69 – Брэдли Бэлью

Чеда попыталась помешать ему. Не вышло: каимирец был слишком быстр – пришлось ей схватить его щит, чтобы не остаться совсем безоружной.

Зрители повскакивали на ноги. Симпатии разделились: «Шарахай!» – кричали одни. «Каимир!» – орали другие.

Лицо каимирца заливала кровь из рассеченного лба, но взгляд все так же направлен был на ложу Османа. Чеда ударила, надеясь застать врасплох, заблокировала пару вялых ответных ударов… и все поняла.

Миреец. Чеда постоянно отвлекалась на него, но и ее противник тоже! Он искал этого альбиноса.

Неожиданное открытие рассеяло ее внимание – она отбила три быстрых удара, но не сообразила, что это был лишь отвлекающий маневр.

Каимирец идеально выбрал момент: один толчок, и Чеда, не удержавшись, полетела на землю, ударившись затылком так, что слезы брызнули из глаз. В мгновение ока он оказался сверху: наступил на руку, державшую щит, приставил меч к горлу.

Толпа умолкла.

Чеда недовольно поджала губы и нехотя постучала ладонью по земле.

Прозвенел гонг. Бой закончился.

Колодец – квартал, окружающий Ямы – всегда был шумным местом, но после турнира – просто-таки забитым. Чеде пришлось проталкиваться мимо торговцев лимонадом и жареными фисташками, мимо завсегдатаев, собиравшихся в кружки обсудить бой. Наконец она зашла передохнуть в полутемную арку: оттуда удобно было наблюдать за целью.

Оделась Чеда в полосатый хиджаб и такой же тауб, недешевые, но поношенные – в них можно затеряться в любом квартале.

У входа для бойцов она заметила с десяток уходящих «псов», мужчин и женщин, одинаково побитых. Их немедленно скрыла толпа обожателей, ждавших своих кумиров. Из ложи Османа спустились, недобро оглядывая толпу, четверо мирейских солдат, высоких, мускулистых и стройных, в подогнанных по фигуре доспехах, со схваченными в узел волосами на макушке. Телохранители Османа – двое огромных мордоворотов, нанятых за жестокость и умение работать булавами – расступились, давая им дорогу, но те не ушли: они явно ждали своего бледного хозяина. Миреец раскланялся с Османом, наконец, и неторопливо направился в сторону Желоба.

Из соседней ниши выглянула Мала в простом голубом платьице. На этот раз ее вечно растрепанные волосы были заплетены в лохматую косичку.

Чеда кивнула в сторону мирейцев, и Мала, кивнув в ответ, растворилась в толпе. За ней бросились Джейн и трое мальчишек, легко огибая прохожих, будто стайка рыбок.

Чеде пришлось ждать долго. На закате, тихо переговариваясь, ушли Осман и Тарик. Осман не заметил ее, но вот Тарик увидел – глянул в упор и поспешил за хозяином.

Ушли остальные бойцы, но каимирца все не было. Наконец площадь перед Ямами опустела. Чеда подумала, что потеряла его в толпе или ждала не у того выхода, но когда она окончательно решила уйти, каимирец вышел.

Он сильно хромал, но покидал Ямы самым последним – значит, продержался все три боя, а может, даже и победил. Победа давала ему право вернуться завтра и побороться за главную награду, но что-то подсказывало Чеде, что он не вернется.

Он приходил посмотреть на того альбиноса.

Каимирец шел медленно, догнать его было легко, но Чеда все равно держалась на почтительном расстоянии. Он направился на восток, затем – вдоль реки, в сторону южной гавани, но перед самым Желобом вдруг растворился в тенях.