Книга Стена копий, страница 24 – Брэдли Бэлью

— Как и вы. – Она едва не добавила «ваше величество» и порадовалась, что удержалась.

— И как же ты, ручная псинка этой стервы Сумейи, оказалась тут, на пустошах?

Сумейя была Стальной девой, командиром Чеды и Первым стражем. Чеда надеялась, что новости о битве не добрались до этих далеких мест, но знала: истории, способные перевернуть пустыню вверх дном, разлетаются со скоростью кораблей. Онур наверняка уже был в курсе кое-чего о том, почему она покинула Шарахай, поэтому выбор был невелик: сказать правду, завоевав немного доверия, или поставить на то, что ему не станет что-то известно, пока Чеда не сбежит от его племени.

Выбор зависел от причины, почему Онур сам решил покинуть Шарахай.

Она знала нравы Обители Королей и кое-какие выводы сделать могла. Онур был неряшлив, резок, никого не слушал, зато сам сыпал непрошеными советами направо и налево. Остальные Короли его едва терпели… Может, что-то изменилось? Короли изгнали его или он ушел по своей воле? В первое поверить было трудно: воинственный упрямец Онур защищал бы свой трон ценой жизни.

Но что, если он просто устал от жизни в Шарахае, устал править вместе с одиннадцатью другими? Человек с таким характером вполне мог захотеть вернуться в пустыню и править любым племенем.

— Ну же, дитя, – бросил Онур. – Рассказывай свою историю.

Его напряженное лицо и тон помогли ей принять решение. Раскрывать карты перед Онуром, редко поощрявшим чужое доверие, было бы крайне глупо.

— Король Юсам послал меня на задание, больше я ничего не могу сказать.

Онур разразился искренним смехом, все равно казавшимся лишь прелюдией к насилию.

— Не можешь… Ты в моем племени. На моей земле. И расскажешь все, что я велю. Зачем ты здесь, в пустыне?

— Я была в землях племени Масал.

— Те земли им больше не принадлежат.

— Они уступили их вам?

— Я сам их забрал, так же, как заберу весь восток Шангази. – Он нахмурил брови, его глаза потемнели. – Хватит. Если мне придется спрашивать еще раз, я велю этим женщинам четвертовать тебя, чтобы боги и люди полюбовались на кусок из мяса и костей, который от тебя останется.

— Юсам послал меня в пустыню после битвы. Он не сказал зачем: наверное, видел нашу встречу в водах своего колодца. Меня волнует лишь одно: что это означало в его видениях?

— Волнует лишь одно, значит…

— Да. – Чеда изо всех сил старалась говорить уверенно, но нотки раздражения в голосе Онура ее тревожили.

— А вот меня волнуют вопросы более насущные. Например: как ты смогла сбежать в Ночь бесконечных клинков и Месут с Кагилем тебя не догнали? Как вышло, что ты выжила, а Месут погиб, да и Кагиль едва не отправился в гроб, что ждет его под дворцом? Правдивы ли слухи о том, что ты виновата в смерти Короля-Странника?

Онур встал, шагнул к ней, и его женщины немедленно окружили Чеду. Угадав его намерения, она встала в боевую стойку, вслушиваясь в биение сердец: у женщин оно слышалось четко, а вот у Онура ускользало, хотя его биение должно было оказаться самым сильным.

— Но любопытнее всего мне, почему боги вложили тебя в мою ладонь, как сверкающий алмаз, хотя я всю жизнь плевал на них и их дар Королям Шарахая. – Он попытался ударить ее мясистым кулаком, но от такой атаки легко было уйти. – Это знак. Такой же яркий, как луны в небесах!