Книга Стена копий, страница 119 – Брэдли Бэлью

— Слушай меня. – По щекам Джакс текли слезы. – Я здесь, мы с тобой вернемся домой. Но сперва мне надо сходить за помощью.

Она начала было подниматься, но Брама схватил ее за запястье и показал глазами на стену, к которой был прикован каимирец.

Джакс стиснула зубы, то ли от гнева, то ли от огорчения.

— Он сбежал.

Конечно. Перерезал ему горло и сбежал. Брама знал, что должен злиться. Но не мог. Он не понимал, что чувствовать. Благодарность за то, что жив? Разочарование, потому что его снова не пустили в Далекие поля? Жажду мести каимирцу, пытавшемуся его убить?

Он взглянул на Джакс. Почему каимирец не убил и ее? На шее темнел неприятный синяк – пыталась ему помешать? Брама решил, что чувствует благодарность. Джакс осталась жива. Она не заслужила смерти, это он сглупил.

Брама попытался сесть, но Джакс уложила его обратно.

— Дурак, я пойду за помощью! Просто лежи спокойно, пока я не вернусь.

Брама поднял было руку, пытаясь ее остановить, но вместо этого ощупал грудь в поисках сапфира. Камень размером в соколиное яйцо многие годы был его спутником, источником его силы, домом его врага. Брама пополз по полу, в панике ощупывая земляной пол. Пустота внутри говорила, что камня нет, но он не мог в это поверить.

Джакс помогала ему искать, но не слишком старалась. Они оба знали, что сапфир забрал каимирец. Жизнь Брамы наполнена была страданием, но камень много значил для него и для Джакс: с его помощью они устроили свою жизнь в Шарахае. Наверное, она уже думала, как все обернется, если сапфир пропадет.

Часть души Брамы ярилась от того, что этот человек посмел украсть камень, но другая часть, месяцы страдавшая под пытками в руках Румайеш, чувствовала облегчение. Больше не придется каждый день сталкиваться с той, что была к нему так жестока. Это все еще подтачивало его, хоть они и примирились много лет назад: он теперь был господином, а Румайеш узницей.

Шея ужасно зудела, но, вместо того чтобы почесать ее, он зачем-то принялся отряхивать окровавленную одежду, прекрасно понимая, что она безвозвратно испорчена запекшейся кровью. Не зная, что еще предпринять, он шагнул к лестнице, но упал.

— О боги! – Джакс помогла ему подняться, закинула его руку себе на плечи и потащила по ступенькам.

Под покровом звездной ночи они побрели по тупиковой улице Узла, которую считали домом. На ней стояли дома, купленные когда-то Брамой, чтобы расширить империю, созданную магией сапфира. Немногие его люди бодрствовали в такой час, но те, что попадались по пути, смотрели в ужасе… и с любопытством. Они считали Браму неприкосновенным. Сам того не желая, он сделался их идолом, и пьедестал, на который они его возвели, пошатнулся.

Дома Джакс и остальные сняли с него грязную одежду, промыли и залатали раны, помогли переодеться. Они отвели его в комнаты на верхнем этаже. Заглядывали ему в глаза, готовые умереть за него, спрашивали, что могут сделать… Но он ничего не мог ответить. Он не был ни героем, ни спасителем – просто вором, наткнувшимся на безделушку, что дала ему неописуемую силу. Все, что он создал, на деле ему не принадлежало и в любой миг могло рассыпаться, уйти как песок сквозь пальцы. Теперь же, когда так и случилось, он чувствовал себя неожиданно свободным, словно вышел из темницы, но лишь сейчас это понял.