Книга Ловец Мечей, страница 259 – Кассандра Клэр

Сена Анесса вполголоса пожаловалась, что у нее болят глаза. Да, подумал Кел, к такому надо привыкнуть, но это было сделано намеренно. Ровержи хотели напомнить гостям из Сарта, что им теперь придется смириться с постоянным присутствием Семей Хартий, почти ничем не уступавших королевской семье. Прием походил на карнавал, но намек был недвусмысленным: «С нами следует считаться».

– Сена Анесса? Сенекс Домицио?

Подошедшая служанка почтительно склонила голову. Она была одета в красную шелковую сорочку, какие носили знатные дамы под платьями, чтобы жесткие ткани не царапали кожу. Ее руки были обнажены, на ногах были только белые кружевные чулки. Если бы она вышла в таком наряде на Рута Магна, Бдительные моментально арестовали бы ее за появление в непристойном виде.

– Сьер Роверж с нетерпением ждет возможности побеседовать с вами.

Послы начали перешептываться на сартском. Девушка подняла голову, и потрясенный Кел понял, что знает ее. Причем очень хорошо.

Это была Силла. Ее рыжие косы были уложены вокруг головы, губы были накрашены темно-красной помадой. Она подмигнула Келу, потом снова придала лицу выражение вежливого безразличия.

Конор толкнул Кела локтем.

– Ты только посмотри, – прошептал он. – Наверное, «Каравелла» сегодня закрыта.

Кел посмотрел и мысленно выбранил себя за невнимательность. Все слуги были одеты так же легкомысленно, как Силла, – в полупрозрачные сорочки, облегающие короткие штаны и просторные рубахи, – и все они работали в заведении Алис. Он узнал юношу, который гадал на картах в последний раз, когда они были в «Каравелле». В ту ночь, когда Кел познакомился с Королем Старьевщиков.

Пошептавшись, послы Сарта молча развернулись и пошли за Силлой в противоположный конец зала, где Бенедикт Роверж восседал в нише на «троне», обитом лиловой парчой.

Вьен покачала головой и горько усмехнулась, глядя им вслед.

– Что за люди, – бросила она. – Всегда думают только о своих интересах, до Луизы им и дела нет…

– О, здравствуйте, здравствуйте, – раздался рядом жизнерадостный женский голос.

К ним направлялась Антонетта, и Келу показалось, что он еще никогда в жизни не был так рад видеть ее. На ней было облегающее шелковое платье цвета морской волны с глубоким вырезом на спине. Светлые локоны выбивались из усыпанных бриллиантами гребней, ласкали ее щеки, скользили по обнаженным плечам. Когда она с улыбкой наклонилась к Луизе, Кел заметил в вырезе платья блеск золота. Медальон в виде сердечка.

– Значит, вы и есть наша маленькая милая принцесса? – прощебетала она на сносном сартском. – Какая же вы красавица.

– Вижу, мать демуазель Аллейн больше не занимается ее туалетами, – прошептал Конор на ухо Келу, когда Антонетта на глазах у изумленной Вьен протянула Луизе сверкающую шпильку для волос. – Должен сказать, что теперь она заметно лучше выглядит.

Кела бросило в жар. Антонетта выпрямилась и обернулась к Келу и Конору.

– Итак! – энергично воскликнула она. – Вы ведь позволите мне представить ее высочество хозяевам и гостям? Кстати, я знаю девушек ее возраста, с которыми ей будет интересно пообщаться. Сами понимаете, я не могу сказать того же о вас. – И она повернулась к Вьен: —Мальчишки! От них никакого толку.

Вьен, казалось, утратила дар речи, услышав предложение называть наследного принца Кастеллана и его кузена «мальчишками».