Книга Ловец Мечей, страница 213 – Кассандра Клэр

Но в следующий миг она увидела Кела, и эти тревоги отступили на второй план. Он стоял в тени стены Солта, у старого каменного резервуара для воды. Она испытала облегчение, увидев, что он жив и здоров, хотя выглядел усталым, удрученным. Взгляд погас. Лин снова разволновалась.

— Кел.

Она подошла к нему достаточно близко для того, чтобы никто не услышал их слов – подозревала, что Мез и Леви жадно следят за ними из-за полуоткрытых ворот, – но не настолько близко, чтобы дать повод для сплетен. Кел был нарядно одет в шелк и лен разных оттенков серого: пепельный, серебристый, антрацитовый. Как требовала мода, в рукавах его фрака из расшитого серебром льна были сделаны разрезы, чтобы виднелась сорочка из шелка-сырца. Талисмана на нем сегодня не было.

— Как вы себя чувствуете?

Когда Кел взглянул на нее, Лин заметила, что у него расширены зрачки. Губы были плотно сжаты.

— Дело не во мне. Это он.

Лин непонимающе смотрела на него. Ночь была жаркой, душной, воздух – влажным, как в оранжерее. Вдалеке мерцали огни Барахолки. Луна походила на старую медную монету.

— Вы хотите сказать…

— Конор, – вполголоса произнес Кел.

Она отступила на шаг.

— Кел, он же запретил мне появляться во дворце. Если вам нужен врач-ашкар, мы найдем кого-нибудь другого…

— Нет. – Он смотрел ей прямо в лицо каким-то безумным взглядом. – Я не могу позвать никого, кроме вас, Лин. Я прошу вас. Если вы не придете, ему никто не поможет.

«Во имя Богини».

Лин знала, чтó ответит, еще до того, как слова сформировались у нее в мозгу. «Врачу безразличны общественное положение, богатство, возраст пациента; он обязан одинаково лечить врагов и союзников, соотечественников и иностранцев, людей разных религий».

— Хорошо, – сказала она. – Я еду с вами.

Кел вздохнул с облегчением.

— Мы должны торопиться. – Он кивнул на черную карету, стоявшую посреди дороги. – Я все объясню по пути.

Оказавшись в карете, Лин немного успокоилась. По крайней мере, Мез и Леви больше не могли их видеть. Время от времени колеса попадали в ямы или натыкались на выступавшие из мостовой булыжники, но сиденья, обитые дорогой тканью, смягчали толчки. Яркий желтый свет нефтяных ламп, которые горели над прилавками рыночных торговцев, освещал фасады зданий, выходивших на Барахолку. Призрачные очертания крыш, галерей, балконов растворялись в сером полумраке.

Лин заговорила:

— Вы уверены, что поступаете правильно, Кел? Вы не видели принца Конора, когда он приказывал мне убираться из Маривента. Он был в ярости.

— Уверен как никогда. – На его щеке подергивался мускул. – Вы искусный врач. Очень искусный, и кому об этом знать, как не мне. Но дело не только в этом. Вас пригласила сама Лилибет, поскольку вы – внучка Майеша. Она считает, что вам можно доверять, что вы сохраните нашу тайну.

— Лилибет… королева? – пробормотала изумленная Лин. – Кел, вы меня пугаете. Если принц из-за своего легкомыслия получил какую-то травму, поранился, ведь не может быть, чтобы…

— Он не поранился. Его избили плетью.

Это было невероятно. Лин ахнула и откинулась на спинку сиденья.

— Но кто осмелился поднять руку на наследного принца Кастеллана? Этот человек сидит в тюрьме?

Кел без выражения произнес:

— Это было сделано по королевскому приказу. Такова необходимость.