Книга Терновая цепь, страница 354 – Кассандра Клэр

«В ловушке в этом туннеле». Люси охватил липкий страх. Погибнуть в бою – это одно. Сидеть в сыром туннеле в компании демонов до тех пор, пока не умрешь от голода – это совершенно другое.

— Так что, прошу, – произнес Карбас со слюнявой усмешкой, – когда будете готовы, по секрету от каждой из вас. Это должно быть нечто такое, о чем вы не рассказывали ни одной живой душе, нечто такое, что вы желаете скрыть от всего мира. Иначе это не представляет для меня ценности. И еще одно: я узнаю, если вы начнете сочинять что-нибудь на ходу. Вы должны говорить только том, что у вас на сердце, – добавил он, и почему-то фраза «у вас на сердце» из уст демона прозвучала зловеще. – О том, что важно для вас… и других.

— По-моему, какие-то неопределенные правила, – заметила Корделия. – И субъективные.

— Магия, ничего не поделаешь, – пожал плечами Карбас.

Люси и Корделия снова переглянулись. Разумеется, они могли бы попытаться атаковать Карбаса, но это означало бы ступить в пределы пентаграммы, что было крайне рискованно. И все же мысль поделиться с демоном-лягушкой самым сокровенным, чтобы он питался этими секретами, как своими живыми виноградинами, была отвратительна, как и мысль о насилии и жестокости.

В конце концов вперед вышла Корделия.

— У меня есть секрет, – объявила она. – Не такой, о котором не знает никто на свете, но такой, о котором неизвестно Люси. – Она бросила на подругу умоляющий взгляд. Та прикусила губу. – А это самое главное, верно?

— М-м-м. Неплохо для начала, – протянул Карбас. – Послушаем.

— Я влюблена в Джеймса Эрондейла, – произнесла Корделия. – В брата Люси.

— Ну, конечно же, ты в него влюблена, – выпалила Люси, не подумав.

Карбас поднял глаза к потолку.

— По-моему, что-то пошло не так.

— Нет, – воскликнула Корделия, как показалось Люси, в страхе, – вы не поняли. Я влюбилась в него не после того, как наша семья переехала в Лондон, не перед свадьбой. Я любила его… несколько лет, – прошептала она. – С тех пор, как он заболел жгучей лихорадкой, когда гостил в нашем поместье.

Так давно? Люси стало не по себе. Но как же…

— Я скрывала это от тебя, Люси. Всякий раз, когда ты упоминала о нем, я притворялась, лгала, превращала все в шутку. Когда ты предполагала, что я, возможно, испытываю романтические чувства к Джеймсу, я делала вид, будто ничего более абсурдного в жизни не слышала. Когда мы обручились, я вела себя так, словно не могла дождаться конца этого спектакля, нашего фиктивного брака. Я не хотела, чтобы меня жалели, не хотела быть одной из этих дурочек, которые сохли по твоему брату, в то время как для него существовала только Грейс. И поэтому я лгала тебе. – Она сделала глубокий вдох и продолжала: – Ты верно сказала мне в ту ночь, в доме моей матери. Я была слишком гордой.

«Но ты могла бы поделиться со мной. Я не сочла бы тебя жалкой», – подумала расстроенная Люси. О, она вовсе не возражала против того, что Корделия была влюблена в Джеймса, – но вся эта ложь, притворство… Она попыталась придать лицу равнодушное выражение, но ничего не получилось. Признание больно задело ее. Она отвернулась от Корделии – и заметила, что Карбас причмокнул, ерзая на своем троне.

— Неплохо, – пробормотал он. – Не совсем уныло. – Взгляд его желтоватых глаз скользнул по лицу Люси. – Ну, а как насчет тебя?