Книга Терновая цепь, страница 335 – Кассандра Клэр

Корделия отрицательно покачала головой. Люси открыла ворота, заскрипели ржавые петли. Протиснувшись в узкий проем, девушка очутилась в круге света от колдовского огня Люси.

— Все готово? – прошептала она, пока Люси запирала за ней ворота.

— Насколько это возможно, – ответила Люси нормальным голосом, который в мертвой тишине прозвучал неестественно громко. – Иди за мной.

Корделия последовала за подругой; свет магического камня плясал впереди, как блуждающий огонек, что заманивает неосторожного путника в бездонную трясину. Но Корделия радовалась и этому тусклому свету. Они двигались по неровному, каменистому участку, заросшему сорной травой. Девушка ожидала увидеть могильные камни, но не заметила ни одного. Мертвые в неосвященной земле больше не имели имен; все следы их присутствия в этом мире были стерты временем и прогрессом. Кладбище походило на заброшенную стройку: в углах громоздились штабеля гниющих досок, на земле валялись старые карандаши, пожелтевшие тетради и прочий мусор из благотворительной школы.

— Не слишком уютно, правда? – сказала Люси, проводя Корделию между двумя коническими кучами камней, похожими на небольшие погребальные насыпи. – В этом глухом углу хоронили падших женщин и бедняков, чьи родственники не могли позволить себе достойные похороны. Людей, которых, как считалось тогда в Лондоне, следует забыть. – Она вздохнула. – На любом кладбище бродят духи, не нашедшие покоя. Но здесь нет никого, кто нашел бы покой; эти люди не знали, что такое привязанность, любовь. В этой земле лежат те, кто был никому не нужен ни при жизни, ни после смерти. Я знаю, что мой отец раньше приходил сюда и даже подружился с призраком по имени Старая Молли, но не понимаю, как он мог это выносить. Это так грустно, так грустно…

— А тебе потребовалось… ну, как бы это сказать… приказывать им? – спросила Корделия.

— Как это ни странно, нет, – ответила Люси. – Они были готовы помочь. Ага, вот мы и пришли. – Она остановилась у ограды. Корделия не заметила ничего необычного, но Люси, видимо, знала, что делает. Она подняла колдовской огонь и произнесла: – Что ж, мне кажется, нет смысла ждать. Приступай, Маргаритка.

— Здесь? – удивилась Корделия. – Сейчас?

— Да. Ты стоишь как раз на нужном месте.

Корделия сделала глубокий вдох и вытащила Кортану. Ей показалось, что по руке пробежал электрический ток, а потом ее охватило ликование: было ясно, что Кортана все еще считает ее своей хозяйкой, что меч не сожалеет о своем выборе. Как же ей не хватало этой связи между оружием и его владельцем! Клинок испускал слабый золотой свет, словно маяк во тьме преисподней. Корделия подняла левую руку и провела лезвием по ладони. Меч был таким острым, что сначала она даже не почувствовала боли. На землю закапали крупные капли крови.

Земля содрогнулась. Люси побелела, как полотно. Напротив Корделии возникло нечто вроде дыры в пространстве, которая была чернее самой ночи. Из нее выступила Матерь Демонов.

Она была одета в серебристое шелковое платье и бальные туфли из того же блестящего материала. Черные, как гематит, волосы были заплетены в косы и уложены короной вокруг головы. Чешуя змей в ее глазницах поблескивала в свете колдовского огня. Они поворачивали головы из стороны в сторону, разглядывая кладбище и людей.