Книга Король старьевщиков, страница 286 – Кассандра Клэр

— Я знал, что ты придешь, – сказал Кел.

— Откуда такая уверенность? – Голос Конора был легкомысленным, равнодушным. Но это ничего не означало. Конора много лет учили использовать свой голос и выражение лица как орудие дипломатии. Учили не показывать то, что он не желает показывать.

— Я не думаю, что ты полностью доверяешь Фальконету. И думаю, что ты видишь дыры в паутине лжи, которую он для тебя сплел. Потому что ты знаешь меня, Кон.

— О, не обязательно. – Конор прислонился спиной к решетке камеры, находящейся напротив. – Я научился не доверять своим инстинктам. Видимо, они меня обманывают.

Келу захотелось ударить ногой по стене.

— Но ты же не думаешь, что я предал тебя ради денег…

— Разумеется, нет. – Он говорил сквозь зубы, как человек, который испытывает сильную боль. – Сам факт предательства значит больше, чем мотив, неужели ты не понимаешь? И как ты не можешь понять, что я не хочу в это верить? Но я не могу позволить себе игнорировать то, что слышу собственными ушами.

— Ты слышишь собственными ушами ложь Джоливета. И Джосса…

— Значит, все в Кастеллане лгут, ты это хочешь сказать? – Конор начал расхаживать по коридору перед камерой. – На совещании в Палате Солнечных Часов, когда мы собирались обсудить хартии Гремонта и Каброля, Фальконет потряс всех, объявив, что у него имеются доказательства государственной измены. Твоей измены. Он предупредил о том, что ты являешься сообщником Короля Старьевщиков. Что ты собираешься предать Кастеллан, помогая принцессе из Кутани бежать со своим любовником…

— Конор…

— У него имеются дюжины свидетелей. – Конор повысил голос. – Бенасет выступил и сообщил, что ты средь бела дня тайком выбирался из Дворца и ездил в Черный особняк. Фальконет приказал людям из Дворцовой гвардии следить за тобой, видишь ли. Потом был еще этот трактирщик из Маленького Кутани, который сказал, что ты встречался там с Королем Старьевщиков и привел с собой Анжелику. И еще много других свидетелей. Ты правда хочешь сказать, что Фальконет подкупил целую толпу законопослушных граждан Кастеллана, чтобы они солгали под присягой, будто видели тебя на Алой площади?

Кел попытался представить себе эту сцену, представить, как Конор защищает его, пока Фальконет представляет ему одно доказательство за другим. Фальконет умен – достаточно умен для того, чтобы превратить правду и полуправду в обличающую ложь, – и кто знает, как давно он все это планировал?

И не только он. Естественно, он действовал не один.

— Значит, ты веришь этим сорока людям, или сколько их там, и не веришь мне?

— Моему другу детства Фальконету, пятидесяти свидетелям и начальнику моей личной охраны, ты имеешь в виду? – На губах Конора промелькнула призрачная улыбка. – Не надо, Кел. Не надо шутить с этим.

— Они действительно лгут, Кон, – тихо ответил Кел.

Серые глаза Конора замерцали.

— Какая ирония, – усмехнулся он. – Ты хотел, чтобы я стал лучше, чтобы стал хорошим правителем, и я решил измениться – отчасти потому, что тебе так хотелось этого. Принц, которым я был раньше, помиловал бы тебя, потому что его никогда не интересовало управление государством и прочие важные дела. Но теперь я не могу тебя помиловать, потому что ты предал меня, Кел.

— Я не предавал тебя, – прошептал Кел. – Я никогда не нарушил бы клятву Ловца Мечей. И ты это знаешь. – Кел встретил взгляд Конора в полутьме. – Да, я ходил на встречи с Королем Старьевщиков. Но я работал с ним, а не на него…