Книга Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе, страница 508 – Юрий Корнеев

Семь дней провели, не вылезая из постели: делать-то нечего. Чаще просто лежали и болтали. Эмма уже поняла, что, как только она становится слишком любвеобильной и настырной, то сразу засыпает. И что это «жу-жу-жу» неспроста. Поэтому и не наглела. Но и так время провели неплохо – оказывается, просто валяться в постели тоже очень хорошее занятие. Кровати, правда, были не очень удобные, не рассчитанные на двоих, но поместились. Тем более мы оба совсем не толстые, скорее, худые.

С кораблём встретились в промежуточной системе, заметить их, конечно, не смогли. Да и как их заметишь – у буксира сканеры практически никакие. Линда сама вышла на связь. Поговорили. Обменял Эмму на Нику. Линду попросил подежурить сутки в системе, а потом уже идти по маршруту. Если кто за нами увязался, то в течение суток проявится. Позже уже смысла нет – остаточный след от работы двигателей рассеется, и просчитать прямую разгона уже будет невозможно. А так, зная прямую разгона и дальность прыжка, проследить за кораблём нетрудно. Наверняка кто-нибудь на станции заинтересовался покупкой буксира. Ведь отдавать кучу денег за него просто так не будут, значит, нашли что-то ценное, и неплохо бы посмотреть, что это мы нашли. Ну и, при случае, прихватизировать.

Вполне себе рабочая схема для местных наёмников. Флотские действуют грубее: задержали бы, провели ментосканирование и не заморачивались бы со слежкой. Нет, задержать бы нас хрен у кого получилось, но им-то это откуда знать?

Разогнались и ушли в гипер. Пять с лишним часов – я уже отвык от такого разгона. А с платформой вообще часов десять разгоняться будем, мрак! Десять часов в рубке – ни отойти, ни подремать. Да и десять часов не жрамши – тоже не подарок. Нет, если что, бутерброды принесут, но не люблю я этого: есть в боевой рубке корабля – последнее дело.

Ника сразу занялась медкапсулой. Пришла, доложила: капсула, хоть старенькая и потрёпанная, но вполне рабочая, так что помереть никому из нас не грозит. Если будет какое серьёзное повреждение, то в этой капсуле вполне можно дождаться нашего корабля, а там уж аграфская и с того света вытянет. А есть ещё и медкапсула Джоре, о которой она, правда, ничего сказать не может. И тут же потащила меня в постель – мол, заслужила. Даже ночи не дождалась.

Эту неделю в постели проваляться не получилось – надоело. Нику загнал в капсулу учиться, а сам сидел в кают-компании и пыжился, пытаясь разглядеть энергетические линии. У меня, конечно, не получалось, я со злости превращал в пыль нужное и ненужное и опять пыжился. Так семь дней и пролетели.

В промежуточной системе опознались с Линдой, она мне доложила, что за нами и в самом деле хвост. Через пять часов после того, как буксир ушёл в гипер, в систему вошли три крейсера. Два седьмого поколения, третьего и четвёртого класса, и один шестого поколения, первого класса. Похоже, наёмники. Но самое интересное произошло потом. Через час в систему вошёл ещё один корабль под очень плотной маскировкой. Но для наших сканеров недостаточной. Линда его очень хорошо рассмотрела. Сполот.

— Почему так решила?

— Силуэты всех кораблей, даже аграфских, есть в каталоге базы, а этого нет. Но по его виду понятно, что корабль из Содружества. Вот я и решила, что корабль сполотский. Больше некому.