Книга Разъяренный дракон, страница 245 – Цинхань Цэцэ

— Но А-Нань! – ахнула Ци Ся. – Тогда во дворце было столько народу, а с другого пика по мосту уже бежали стражники, чтобы схватить убийцу. Как же она смогла исчезнуть у всех на глазах?

Этот вопрос мучил всех. Как убийца мог исчезнуть на глазах у стольких людей? Никто не мог найти ответа.

— Все очень просто. Помнишь, как после всей этой суматохи у пруда мы побежали в задний зал искать Фан Бимянь и нашли ее лежащей на полу, мокрой с ног до головы? Как только я поняла, что убийца – она, подумала, что она использовала водный поток, чтобы исчезнуть. Так я и сообразила: в тот момент все мы были сосредоточены на наложнице Юань, думали, что убийца, столкнув ее в воду, исчез. А на самом деле убийца обхватил ее, скрывшись от взглядов за ее широким платьем, и вместе с ней упал в воду! – сказав это, А-Нань обернулась и улыбнулась Фан Бимянь. – Вот уж чего я не ожидала, так это того, что госпожа Фан, вечно притворявшаяся, что не умеет плавать, и даже инсценировавшая самоубийство в реке, на самом деле отличная пловчиха! Оказавшись под водой, она отпустила наложницу Юань и, пока все искали тело, подплыла к зарослям, за которыми скрывалось водяное колесо. Оно было неподвижно, так что быстро попасть в восточную башню и вернуть механизм труб в его изначальный вид не составило труда. Второй переворот труб с колесом вызвал новый выплеск воды, он-то и смыл все следы преступления: и след от туши для бровей в беседке, и те хрустальные сосуды, и тело наложницы Юань уволок из пруда. А ты, госпожа Фань, вся мокрая, улеглась в заднем зале, убеждая всех, что тебя внезапно окатило водой из водопада. Кровь на тебе мы сочли твоей собственной, из раны. И ты, – А-Нань легонько хлопнула Ци Ся по затылку, – из-за этого еще и переживала.

Ци Ся вытаращила глаза на Фан Бимянь. Поняв, что все ее уловки раскрыты и оправдываться бесполезно, та вдруг изменилась в лице, нежность улетучилась, сменившись мертвенно-бледным холодом.

— Бимянь, неужели… – заикаясь и вздрагивая, спросила Ци Ся, – тот убийца, что напал на меня на днях у пристани, там, в кустах, это тоже… тоже…

— Не спрашивай, это точно была она, – А-Нань была безжалостна. – Она – или стоящая за ней секта Зеленого лотоса – очень дорожила тем, что знал Мяо Юнван. Иначе как бы нам удалось, используя тебя как приманку, разыграть этот спектакль и заставить ее саму сунуться в ловушку, пытаясь убрать тебя?

— Фан Бимянь, это правда? – Ци Ся вскочила с кресла и, трясясь от гнева, закричала на Фан Бимянь. – Я… я плакала по тебе, а лучше бы псине подзаборной слезу пустила!

Вэй Ханчжи сердито зыркнул на нее, и девушка, спохватившись, что ругается в присутствии наследного внука императора, поспешно втянула голову и замолчала. Фан Бимянь молчала, краем глаза следя за окнами и дверьми. Она все еще надеялась, что кто-то ворвется и чудесным образом спасет ее. А-Нань холодно усмехнулась, подошла к ней, наклонилась и тихо прошептала на ухо:

— Что, все еще надеешься, что Господин тебя спасет? Как бы не так! Я ни за что не позволю такой змее, как ты, ошиваться рядом с ним и тем более втягивать его в дела Зеленого лотоса. Смирись и прими наказание от двора, ты это заслужила!

Фан Бимянь тяжело дышала, впившись в нее взглядом загнанного зверя. А-Нань было все равно. Она резко выпрямилась и, обращаясь к Чжу Юйхэну, весело сказала: