Книга Разъяренный дракон, страница 169 – Цинхань Цэцэ

Чжу Юйхэн плотно сжал губы и ничего не ответил. Странное ощущение, что возникло у него раньше, теперь оформилось в ужасное подозрение.

Два павильона на правом и левом пике, белый свет, несколько покушений на Ци Ся, поспешное обвинение А-Нань и даже то, о чем А-Нань не знала, – несчастье с его младшим братом… Все указывало на одно и то же.

Только это было слишком страшное предположение. А-Нань не хотела его высказывать, а он – принимать.

Они молча стояли перед водопадом. До низвергающегося снежно-белой пеной потока было далеко, но влажный ветерок долетал до них, и на руке Чжу Юйхэна, лежавшей на подоконнике, появились мелкие капельки. Ладонь его была сжата в кулак так сильно, что проступили вены, нарушая совершенство его необыкновенных рук.

— Не бойся, может, это еще вовсе ничего и не значит, – А-Нань мысленно вздохнула и легонько похлопала его по руке, успокаивая. – Ведь когда я видела, как убийца расправился с наложницей Юань, ты и твоя матушка были в зале. Дело запутанное, тут наверняка есть что-то еще, чего мы пока не видим.

Чжу Юйхэн ничего не ответил, но медленно разжал кулак, глубоко вздохнул и сказал:

— Я не боюсь. Потому что я верю ей.

А-Нань больше не стала ничего говорить и только указала на водопад:

— И еще. Я хочу подняться на водопад и изучить его. Меня очень беспокоят те два внезапных выплеска – до и после того, как все случилось.

Водопад низвергался между двух высоких, отвесных пиков – зрелище поистине грозное.

Этот загородный дворец был построен Великим мастером Гуанем для императора Лунфэна в качестве летней резиденции. В жаркие летние и осенние месяцы воду из нижнего пруда с помощью водяных колес поднимали наверх, по толстым бамбуковым трубам она поступала в резервуар на самой вершине и низвергалась водопадом, разнося вокруг прохладу. Весной и зимой подачу воды прекращали, уровень воды в резервуаре наверху падал, и водопад исчезал сам собой.

Чжу Юйхэн отрядил в провожатые старого солдата, отвечавшего за ремонт труб. Сверяясь с картой, А-Нань начала подъем вдоль водяного колеса.

Склоны были круты, толстые бамбуковые трубы тянулись вдоль всего пути. Чтобы обойти скалы и особо крутые участки, трубы изгибались под разными углами, петляли по склону. Сейчас это давало А-Нань удобные точки опоры для подъема в гору. Бамбуковые трубы были сконструированы по проекту мастера Гуаня, соединялись встык, как доски в бочке, каждая была в два чи толщиной. Несмотря на долгие годы использования, суровые ветры и дожди, при должном уходе они могли оставаться абсолютно герметичными, не пропуская ни капли.

— Как часто трубы проверяют? – на ходу спросила А-Нань старого солдата.

— Наверх ходить тяжело, поэтому мы поднимаемся вдоль труб и все осматриваем только раз в десять дней. Когда в прошлый раз случился тот странный выплеск воды, я после пошел проверить. Тогда трава и кусты вокруг труб были мокрые и примятые – видимо, их прибило потоком. Больше ничего необычного не было.

Болтая по дороге, А-Нань легко и проворно вскарабкалась на вершину пика и остановилась у пруда. Он был сложен из тесаного камня, вода в нем зеленела, а вокруг все заросло кустами и травой – пруд утопал в пышной растительности. А-Нань раздвинула заросли, присмотрелась: на некоторых кустах были сломаны ветки, но с тех событий прошло много дней, появились новые побеги, а трава и вовсе восстановилась. На выходе из пруда была установлена тройная решетка из мелких железных прутьев – чтобы грязь не попадала в водопад и не загрязняла нижний пруд.