Книга Тень отступника, страница 97 – Артём Гармашов

— Тебе больше не придётся…

Он осёкся.

Нир стоял у межи и смотрел на крыльцо. Сёстры выглядывали из-за него. Все трое слушали.

— …работать одной, — закончил он, хотя собирался сказать другое.

Малис остановилась возле грядки. Она не обернулась. Постояла несколько мгновений, затем нагнулась и выдернула из земли сорняк. Потом ещё один.

Движения стали резче. Нар'миир опустил повреждённую руку. Тьма внутри затихла, но он продолжал её удерживать.

Нар'миир отвёл взгляд от Малис.

Нир всё ещё стоял у межи с пучком сорняков в руках. Белые пятна резко выделялись на бледном лице. Когда Нар'миир посмотрел на него, парень опустил глаза и вернулся к грядке.

Нар'миир сел на ступеньку. Задрал штанину до бедра и подцепил край повязки здоровой рукой. Лента была затянута плотно. Несколько витков пришлось снимать по одному, остальные он стянул разом и бросил на доски.

Под повязкой остался шрам.

Розоватый, немного припухший по краям. Закрытый и сухой.

Нар'миир провёл пальцами по рубцу. Кожа натянулась, но прежней боли не было.

— Три дня, — тихо произнёс он.

В темнице из раны сочился гной. Целитель только промыл её и стянул края. За три дня такое не заживало.

Нар'миир поднял голову.

Малис уже нагнулась над грядкой. Выдернула сорняк, бросила к меже, взялась за следующий. Ни на него, ни на младших она не смотрела.

Он оставил повязку на ступенях и вошёл в дом.

В сенях было прохладно. На лавке лежали тряпки, пустые склянки, моток чистого полотна. Среди них Нар'миир увидел знакомую сумку.

Ту самую.

Он взял её и ощупал через ткань. Пусто. Проверил дно, провёл пальцами вдоль швов.

Ничего.

Нар'миир поднёс сумку к лицу.

Запах почти исчез, но он узнал его сразу.

Озон.

Он вдохнул глубже. Под травяной пылью оставалось что-то ещё — резкое, металлическое.

Нар'миир нахмурился и вдохнул снова.

— Кровь.

Он положил сумку на лавку.

«Сама».

Нир, который неделю назад не мог дойти до колодца. Рана, затянувшаяся за три дня. Малис с утра в поле.

Нар'миир посмотрел на дверь.

— Нет.

Снаружи слышались голоса младших и сухой треск вырываемых стеблей.

Он мог снова выйти к Малис. Спросить ещё раз. Только ответ уже слышал.

Нар'миир задержался у порога, затем посмотрел мимо полей, туда, где над дорогой белели башни Сар'Келы.

Сумку он впервые увидел в «Трёх корнях».

— Корень, — произнёс он.

Нар'миир вышел из дома и спустился с крыльца. Малис не подняла головы. До городских ворот было девятьсот шагов. Первый он сделал больной ногой.

* * *

Солнце висело над Сар'Келой белым раскалённым диском. Тени съёжились у стен, оставив мостовую на жаре.

Нар'миир шёл по краю улицы, где камни ещё сохраняли остатки утренней прохлады. До смены в «Трёх корнях» оставалось несколько часов. Спешить было некуда.

Нога почти не беспокоила. Лишь на неровных стыках плит в бедре отзывалось тупым толчком.

Впереди исчезли торговцы и разносчики. Закрылась одна лавка, за ней другая. Несколько прохожих свернули в переулок.

Из-за поворота вышла колонна городской стражи.

Стёганые куртки с вышитыми воротами, открытые шлемы, короткие копья. Стражники шли быстро, не глядя по сторонам.

Следом двигались солдаты.

Нар'миир узнавал сотни по знакам на снаряжении. Девятая — лёгкие копейщики. Третья — мечники с каплевидными щитами за спиной.

За ними показалась вторая.