Книга Тень, страница 80 – Мо Ленкор

Следом заходит Траус, ботинок на его прихрамывающей ноге при каждом шаге загребает с земли соль, оставляя позади себя борозды. Учитель прикрывает глаза.

Считает?

Ему всегда было сложно принять чужое несовершенство.

Меня будто отбрасывает в прошлое. Сейчас кажется, что всё это было в другой жизни. В той, где мы ещё были обычной семьёй, где братства не существовало, а он не запрещал называть себя по имени и только начинал строить свою империю.

Тогда борьба со вспышками гнева давалась ему нелегко. Лишь Витта всегда умела успокоить его. Но без неё на работе он сгоряча увольнял раздражающих его подчинённых, а потом приходил домой мрачный, как тень на Мата, потому что их становилось всё меньше. Они боялись даже попасться ему на глаза, не то что о чём-то спросить. Витта допоздна шепталась с ним на кухне, и порой до меня долетали обрывки разговоров.

Однажды, придя домой, он закрылся у себя в кабинете. Оттуда несколько часов разносился страшный грохот. Как выяснилось позже, тогда его сотрудники ошиблись в каких-то расчётах из-за того, что никто не решился задать ему вопрос. В итоге сгорел образец, и компания оказалась на грани банкротства.

Пока он крушил мебель, Витта приготовила ужин. А когда он пришёл, чем-то пахучим намазала и перевязала его сбитые костяшки и усадила нас за стол, а потом долго болтала о всякой чепухе. Она не задала ему ни одного вопроса. Лишь, убирая посуду, между делом спросила, не пробовал ли он, когда злится, считать про себя? Мол, это отлично отвлекает.

Она так радовалась, узнав, что спустя месяц удалось увеличить команду вдвое…

Как же мне её не хватает.

Наверное, и ему тоже.

— Брат Траус, прошу к брату Убо. Я не задержу вас надолго. — Учитель встаёт и проходится туда обратно вдоль стены, соединив руки за спиной. Я подбираюсь.

О нет! Он задумал что-то по-настоящему скверное.

— Учитель, а чего мы ждём? — гнусавит ничего не подозревающий Траус.

— Наверное, меня! — Резо выглядывает из-за полога и своей обманчиво расслабленной походкой, раскачивая корпус из стороны в сторону, подходит к стулу.

— Учитель, — он изображает легкий поклон, закинув одну руку себе на поясницу. При этом его бритый, покрытый татуировками висок оказывается в районе моего лица. Вряд ли хоть кто-то в лагере предполагает, что Резо был кирсаном. Он скорее похож на сбежавшего из Зноя заключённого. Ото лба по всей его голове бороздами проходят четыре косички, спускающиеся до самых плеч, на гортани перед вытатуированным символом братства свисает ещё одна, сплетённая из бороды.

— Садись, — ровным голосом произносит Учитель.

Стул под весом Резо жалобно скрипит, но всё-таки выдерживает. Он широко расставляет колени и одним почти касается моего. Непроизвольно я сдвигаюсь.

— Не волнуйся, принцесса, не трону, — скалится он, приподняв губу.

Я не ошибся, с этими глазами он выглядит ещё хуже, чем обычно.

— Что ж, все в сборе. Начнём. Брат Траус, ответь мне, что на Мата могло вызвать болезнь, от которой умирают твои братья?

— Учитель, как я говорил ранее, современной науке неизвестна этиология данного заболевания, потенциальные зоонозные или фитогенные патогены не установлены.

Учитель продолжает медленно двигаться от стены к стене, не расцепляя рук.

Плохо дело, ой как плохо.

— Брат Убо, удалось ли тебе выявить причину заболевания или найти от неё лекарство?