Книга Тень, страница 67 – Мо Ленкор

Хитруля открывает глаза, теперь сразу два. Один механический и светится синим, а другой…

Всё-таки жёлтый или зелёный?

Я каждый раз гадаю. Не хочу никому здесь рассказывать про свою особенность.

Почему никто до сих пор не изобрёл какую-нибудь сыворотку, чтобы это исправить?

Хотя людей, у которых садится зрение, в миллионы раз больше, чем таких, как я. Да и обычно жить это никому не мешает. Алчи наверняка скажет, что за подобное исследование никто никогда не заплатит. Значит, незачем тратить на него время.

Хитруля скалится и фырчит на меня.

— Не злись. Знаю, что долго не приходил, но в шестом отсеке сломалась система. Две прошлые смены меня отправляли дежурить туда. Нужно было вручную активировать процесс кормления и таскать всем воду, а ещё чистить боксы. Знаешь, какая вонь? У-у-у. Мне тоже пришлось несладко.

Она фырчит ещё раз, но уже не так убедительно. Встаёт и делает пару кругов по боксу, каждый раз разворачиваясь ко мне хвостом.

Я ввожу на панели комбинацию и активирую внеплановый переход на режим кормления. В боксе открывается проход.

— Иди, надо есть. Не хочешь же ты умереть от голода? Если ты пережила установку этой штуковины в глазу, теперь надо держаться всем назло.

Пушистый хвост скрывается в открывшемся проёме. Я вожу рукой у панели и встаю спиной к камере, так не будет видно, что проход до сих пор открыт. Делаю вид, что проверяю бокс.

Пара секунд, и Хитруля выскакивает из прохода с мышью в зубах. Она бросается ко мне, выплёвывает мышь и касается пушистым хвостом моих пальцев.

Ради таких моментов я каждый свет после ЦБО бегу в виварий. Кроме меня, ей даже не с кем пообщаться или поиграть. А таких, как она, здесь тысячи.

— Спасибо, я не голоден, — улыбаюсь я.

— Дэовур.

От неожиданности я вздрагиваю. Хитруля исчезает в камере для охоты.

Я беру эмоции под контроль, закрываю бокс и поворачиваюсь к Алчи.

Интересно, его руку правда откусил зметер?

— Ты же в курсе, что запрещено вступать в контакт с объектами? — На щеках Алчи видны глубокие складки, когда он поджимает губы, как сейчас. В его роборуке, торчащей из-под белого халата, планшет.

Для меня они не объекты, но я молчу.

— В силу возраста ты ещё не понимаешь, но я попробую пояснить. Если ты хочешь работать в ИЦ, ты должен осознавать, что виварий не зоопарк. Мы исследуем различные виды, берем их биоматериал, а на основе него производим сыворотки и мутагены. Мы тестируем на объектах новейшие технологии. — Он смотрит мне за спину. Я вижу синеватое свечение на стекле бокса. Там Хитруля. — Но всё, что мы делаем, делаем на благо человечества. Мы самое совершенное звено пищевой цепи, а благодаря им, — обводит рукой помещение, — становимся ещё совершеннее.

Совершенные…

— Разве могут самые совершенные существа делать такие вещи? Убивать друг друга и всё живое вокруг себя?

— Такова эволюция, парень. В борьбе за существование не раз один вид уничтожал другой. — Алчи стучит металлическим пальцами по стеклу бокса. На нём остаются царапины. Хитруля скалится и принимает защитную позу.

Но разве с нашим видом кто-то, кроме нас самих, боролся?

Каким был бы мир без людей и каменных наростов на его коже, что мы называем своими домами?

Были бы в этом мире Пустошь и глобальное потепление?

— Неужели вы никогда не хотели, чтобы в республиках вновь появились животные и леса?