Книга Да здравствует ворон!, страница 35 – Тисато Абэ

— Ваше Высочество!

За спиной девушки появился молодой господин. Видимо, он старался двигаться тише, чтобы не разбудить тех, кто спит. Неизвестно, с какого момента он слушает, однако и он, и Итирю, и остальные пришедшие с ним Ямаути-сю смотрели на Масухо-но-сусуки с досадой, как на помеху.

— Ты погибнешь на священной земле. Если ты действительно считаешь, что справишься с этим, значит, я тебя переоценивал и мне нужно пересмотреть свое мнение. И все-таки отправить тебя на верную и к тому же ненужную смерть я не могу. Остынь.

Однако дама упорствовала.

— Я и правда разгорячилась. Но я действительно готова рискнуть жизнью и сделаю все, чтобы избежать сражения. Можно помочь вам?

«Ох, как нехорошо-то», – подумал Сигэмару.

И тут Сумио выразительно вздохнул:

— Девица, подождите.

В ответ на неслыханное прежде обращение «девица», которым Сумио словно подтрунивал над ее происхождением, девушка только вытаращила глаза.

— Я не буду терпеть придирки тех, кто сам сидит в безопасности, пока мы делаем дело. Прежде чем совершать такие глупости, поблагодарите сначала тех, кто бьется за вас, не жалея жизни.

Масухо-но-сусуки покраснела.

— Какие еще придирки? Я вовсе не… – забормотала она, но Сумио продолжал грозно наступать:

— Хватит! Скажу прямо: уходи отсюда, женщина!

Получив такой отпор, Масухо-но-сусуки залилась краской. Она открывала и закрывала рот, но с ее губ не срывалось ни звука. Так ничего и не сказав, она вымученно поклонилась и быстро ушла. Никто ее не остановил.

— Прости, – кратко произнес молодой господин. Сумио лишь отмахнулся.

Акэру посмотрел на него с мукой на лице:

— Извини, что тебе пришлось взять на себя эту неприятную роль. Это я должен был ей высказать.

— Не обращай внимания. Займемся сменой караула. – И Сумио энергично встал.

Тихая не спускал с него глаз.

— Разве с ней можно так? – спросил он, когда Сумио подошел к нему взять меч.

Тот криво улыбнулся:

— Если бы я не обошелся с ней так, мы бы не смогли ее остановить. А она все равно меня никогда не любила. Что уж теперь… И вообще, важнее было прогнать ее отсюда.

— Да, но… – начал было Тихая, но, глянув в лицо друга, прикусил язык.

* * *

Ночной ветер принес капли дождя. Зимнего дождя.

Масухо-но-сусуки, съежившись на спине у коня, возвращалась в Сиондзи. Дорогой она облетела гору Тюо по широкой дуге, поэтому успела промерзнуть до костей.

— Что с вами?! – удивленно воскликнула Кикуно, которая когда-то занималась воспитанием девушки, а сейчас взяла в свои руки управление Окагу.

С тех пор как произошло землетрясение, в Сиондзи устроили лечебницу, и все дамы помогали лекарям. Но Масухо-но-сусуки чувствовала себя беспомощной, глядя на тяжелораненых.

Когда все было в порядке, она командовала придворными дамами: отдавала приказы приготовить одежду, помогала Хамаю на церемониях, раздавала указания. Однако в кризисный момент она осознала, что все это были иллюзии.

Хамаю оставалась невозмутима. Это она велела открыть Сиондзи, а всеми делами распоряжалась Кикуно. Только теперь Масухо-но-сусуки заметила, что окружающие ждали от нее указаний, просто чтобы позволить ей сохранить лицо. «У нас есть кимоно вот такого и такого цвета, как вы полагаете, какое лучше?» – «Пожалуй, лучше это». Ткнуть пальцем в ответ на такой вопрос могла бы любая. Ведь это не она на самом деле приказала принести ткань и готовила варианты на выбор. Даже эти мелочи решал кто угодно, кроме нее. А вот когда потребовалось быстро давать указания, оказалось, что от нее нет толка. Как только она пыталась что-то сделать, Кикуно менялась в лице и говорила: «А вы побудьте с госпожой Сакурой».