Книга Да здравствует ворон!, страница 25 – Тисато Абэ

До глубины души Юкию потрясли его черные глаза, не видевшие в них живых созданий. Именно эти глаза доказывали всю чудовищность той сущности. Никаких сомнений не осталось: обезьяны – враги ятагарасу, а чудовище, именующее себя Ямагами, – предводитель этих убийц.

Юкия с уверенностью посмотрел на молодого господина.

— Я считаю, наш уважаемый предок никак не мог по доброй воле подчиниться этому чудовищу.

— Что ты хочешь сказать?

— Может быть, Ямагами и это чудовище – не одно и то же?

Сигэмару и старший жрец удивленно поджали губы. Нацука, все такой же хмурый, перевел взгляд на брата, который молча слушал Юкию:

— Надзукихико, ты тоже так считаешь?

Тот, все это время рассматривавший свои руки, осторожно заговорил:

— Я, честно говоря, не знаю, тот ли это Ямагами, за которым последовал наш предок, или совершенно иное существо. Но когда я предстал перед ним, сущность Золотого Ворона внутри меня поняла, что сопротивляться ему невозможно. Кроме того, все мы видели, что по одному его капризу в Ямаути случилось землетрясение и многие наши товарищи погибли. По его же воле оружие ятагарасу становится абсолютно непригодным.

Лишь молодому господину удалось пронести на священную землю оружие, в то время как мечи его гвардейцев таяли, словно лед, стоило только вынуть их из ножен.

— Так что чудовище совершенно точно обладает похожей силой. Видимо, можно сказать, что это сила Ямагами.

Воцарилось молчание.

Юкия решился высказать вслух то, о чем уже давно думал:

— А его не могли убить?

Все посмотрели на юношу.

— Кого «его»?

— Того, кого ятагарасу считали горным божеством?

Сигэмару явно не понимал, что друг имеет в виду, но Юкия взглядом остановил его.

— В истории ятагарасу никаких обезьян нет. В реальности же они устроили свое логово на священной земле, и чудовище, которое называют Ямагами, с ними не разлей вода. Кроме того, это страшилище обладает силой Ямагами. Для обезьян он – то самое божество. И отсюда следует только одно: похоже, на гору, где жил Ямагами и ятагарасу, однажды пришли гигантские обезьяны и чудовище.

Жрец вытаращил глаза:

— Ты хочешь сказать, что когда-то существовал бог, которому мы поклонялись, но его место заняли?!

— Да, тогда все сходится. Истинный Золотой Ворон прислуживал Ямагами, вместе с которым прибыл на эту землю, однако сто лет назад сюда вторглись обезьяны под предводительством чудовища и убили нашего бога. А Золотой Ворон пытался уберечь от обезьян хотя бы Ямаути – пусть и ценой собственной жизни. Эйдзю же, стыдясь того, что они не смогли защитить божество, решил удалить все записи об этом. Конечно, я могу только предполагать.

— Но это и самое логичное объяснение, которое у нас сейчас есть. Тогда для обезьян, которые требуют прислуживать Ямагами, никакого противоречия нет.

Жрец, будто успокоившись, закивал, Сигэмару же с сомнением помотал головой:

— Так ведь его светлость когда-то был военным! Разве мог он держать в секрете то, что совсем рядом находится враг?

Нацука согласился с Сигэмару:

— Если существует опасность нападения извне, необходимо быть начеку.

— Возможно, ему и в голову не приходило, что ворота, запечатанные его хозяином ценой собственной жизни, можно открыть? – спросил жрец, глядя на молодого господина.

Воздух буквально зазвенел от напряжения. Действительно, ни обезьяны, ни чудовище не могли сами открыть запечатанные ворота Кин-мон. Вполне вероятно, что Эйдзю, бывший приближенным Нарицухико сто лет назад, знал об этом.