Книга Ворон из пустого гроба, страница 50 – Тисато Абэ

— Братец! – резко оборвал его наследник.

Нацука оглянулся: тот совершенно спокойно смотрел на него.

— Давай сначала просто выслушаем.

— Но ведь…

— Надо все выяснить. Старший жрец! – обратился к священнику молодой господин, и его невозмутимый голос гулко прозвучал в огромном подземелье. – Я не истинный Золотой Ворон?

Не только Нацука, но и Сумио с Роконом ждали ответа затаив дыхание. Жрец лишь покачал головой в отчаянии:

— Мы не знаем.

— Не знаете?

— Это особый случай, и мы не можем знать точно. Замок отперся, однако дверь не открывается. И ладно бы только это: есть другие поводы сомневаться.

— Какие же? Отвечай! – наседал серьезно взбешенный Нацука, но жрец упрямо стоял на своем.

— Не могу сказать. Нельзя позволить кому-то притвориться истинным Золотым Вороном, поэтому самое важное условие хранится в строжайшей тайне, известной только жрецам. Но знайте, что Его Высочество не удовлетворяет ему.

Молодой господин растерянно посмотрел на священника.

— Я не подделка. По крайней мере, я сам так считаю, и все же…

— Молодого господина признали истинным Золотым Вороном еще до того, как он вступил в сознательный возраст. Не говорите глупостей.

— Мы тоже не понимаем, как поступить. Мы ни в коем случае не считаем, будто Его Высочество лжет. Отчасти он обладает способностями истинного Золотого Ворона. Однако почему…

Жрец с сожалением замолчал, и тогда раздался тонкий голос:

— Хватит, старший жрец. Расскажи им.

Оба телохранителя отскочили в сторону. У входа в зал возникли люди в белых одеждах. Впереди стоял миниатюрный старичок. Худой, сгорбленный, он еле держался на ногах. Казалось, что без поддержки он вот-вот упадет. Морщинистое лицо обрамлено густыми седыми волосами, ничего величавого в нем не было.

Нацука от изумления забыл о своем возбуждении.

— Вы Белый Ворон?!

Не верилось, как сильно изменился этот человек после их последней встречи. Нацука знал, что тот болеет и вот уже почти пять лет на церемониях появляется старший жрец. Однако в голове Нацуки слишком свежо сохранилось первое впечатление о том, кто в далеком прошлом посоветовал ему отречься от престола. Поэтому юноша продолжал думать, что, несмотря на преклонный возраст, старик еще крепок.

Вместо застывшего на месте Нацуки к Белому Ворону подскочил молодой господин.

— Кто-нибудь, принесите стул! Усадите верховного жреца!

— Нет-нет, перед Вашим Высочеством я не могу…

— Это приказ! Сядь! – рявкнул молодой господин, но тут же извинился: – Прошу прощения. Я не знал, что тебе настолько плохо. Прости, что вызвал к нам.

— Нет. Извини, что тебе пришлось явиться ко мне.

Белый Ворон слабо наклонил голову, сел на поднесенный жрецами стул и глубоко вздохнул.

— Вполне естественно, что господин Нацука сердится: мол, что ж вы теперь говорите. Но у нас не было другого выхода.

— Я спрошу. Что это за таинственное условие для истинного Золотого Ворона?

— Это… – выдавил Белый Ворон охрипшим голосом. – Это память.

Все оказалось так просто, что сначала они даже не поняли. Белый Ворон посмотрел на сыновей правителя, которые не могли осознать услышанное, и объяснил другими словами:

— Ваше Высочество, у вас нет памяти основателя рода, истинного Золотого Ворона.

— Что ты имеешь в виду?

— Истинный Золотой Ворон должен унаследовать память всех своих предков, начиная с самого первого Золотого Ворона. Но у вас этого нет. Мы и сами хотели бы знать: почему вы ничего не помните?