Книга Золотой лук. Книга II. Всё бывает, страница 74 – Генри Лайон Олди

Я задохнулся. Встал с колен.

«Ты видел Химеру над Бычьими горами? Она крадет наш скот, убивает людей. Жжет дома и посевы. Вдовы оплакивают мужей, матери детей…»

И эхом, с горной тропы, голос Филонои:

«Химера не трогает нас. Мы пригоняем ей коз для пропитания. У вас, за морем, она — бедствие. У нас, в Ликии — обычное соседство. Неприятное, но терпимое…»

Гнев переполнил меня. Великанский гнев.

— Убей Химеру, — продолжал царь, не интересуясь тем, что творилось в моем сердце. Он видел, что я встал, но не придал этому значения. — Убей, но при одном условии. Не делай этого здесь, в Ликии. Как бы ни сложилась ваша война, чем бы она ни закончилась, я не хочу, чтобы тяготы битвы обрушились на мой народ.

— Где же нам биться? — я сделал шаг вперед. — В Аиде? Для этого нам обоим сперва надо умереть.

За неплотно прикрытыми дверями лязгнул металл. Даже если Иобат Второй был отъявленным негодяем, глупцом он не был. Кинься я на царя, посягни на его жизнь, и стража ворвалась бы в зал, предотвратив покушение.

— Возвращайся за море, — велел Иобат. — Туда, откуда приплыл.

— В Аргос? К твоей дочери? Твоему внуку?!

— Не обязательно в Аргос. У вас есть много городов, куда прилетает Химера. Бейтесь в любом из них. Бейтесь в горах, на берегах рек, над морскими заливами. Я оставляю выбор за тобой, для меня это не имеет значения. Корабль? Я дам тебе корабль с умелым кормчим.

— Тяготы войны? — с насмешкой поинтересовался я. — Пускай они падут на кого угодно, только не на головы ликийцев?

— Для меня это не имеет значения, — повторил Иобат.

— Значит, очищение? Золото и угодья? Если Химера превратит меня в пепел, если она станет погребальным костром Беллерофонта — зачем мне угодья? Золото?!

Это не имеет значения, слышалось в молчании царя.

— Ты лжешь, господин.

Говорить прямо для меня всегда было легче, чем плести словесные кружева. Единственное, на что я надеялся, так это на то, что стража не помешает мне закончить обвинительную речь.

— Мы оба знаем, что ты лжешь. Тебе не нужна смерть Химеры. Тебе нужна моя смерть. Зачем? Я не опасен для тебя. Значит, тебя попросили об этой услуге. Кто? Твоя старшая дочь, кто же еще? Меня не могли убить в Аргосе, рискуя войной с Эфирой. В итоге меня прислали к тебе. Убей Химеру, велел ты изгнаннику. Ты мудр, господин. Это отличный способ казни.

— Что ты мелешь, несчастный! — дребезжащим голосом, похожим на меканье козы, вскричал советник Климен. — Как ты смеешь возводить поклеп на нашего господина?

Движением руки царь остановил советника.

— Продолжай, — велел он мне. — Я слушаю.

— Кто передал тебе просьбу дочери, господин? Конечно же, телохранитель Сфенебеи. Я думал, он немой. За всю дорогу он не произнес ни слова.

— Он и был немой, — Иобат плотнее завернулся в плащ. — Я сам велел вырвать ему язык, прежде чем отправить в Аргос с дочерью. Сфенебея любит молчаливых охранников.

— Но как же…

— Он привез мне письмо. Ты видел, как он передал его мне. Зачем язык, если есть свинцовая табличка? Мне нравятся твои рассуждения, Беллерофонт. Похоже, тебя учили мудрые наставники.

— Наставники учили меня другому. Это все ночные разговоры с абантом, господин, на палубе «Звезды Иштар». Они не прошли для меня даром.

— С каким еще абантом?

— С мертвым, господин. Я убил его камнем на аргосской стене.