Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 50 – Брендон Сандерсон

— Что же нам делать? – спросил Йезриен.

Шквал, Честь был здесь? И заронил зерно их предательства Тальна?

— Я не могу больше позволить себе вовлекаться, – сказал Честь. – Не могу позволить заботиться о ком-либо из вас. Мне требуется… расстояние. Да.

— Но, Господи, – сказал Ишар, выступая вперед, – что мы скажем людям?

— Поступайте, как пожелаете.

Честь исчез – без трубного зова, без вспышки.

— Вот и все, – проговорил Йезриен, сделав жест рукой – более изящный, не такой размашистый, как в прежние времена.

— Вы его бросите, – прошептал Далинар. – Теперь, зная, что он может справиться в одиночку.

— Не совсем в одиночку, – возразил Ишар. – Мы будем… поддерживать его… из этого мира.

— Я бы все же хотел, чтобы наши места заняли другие, – сказал Йезриен.

— И я найду способ нас заменить, – пообещал Ишар. – Но на это потребуется время, Йезриен. Пока что мы оставим Тальна.

Йезриен позеленел.

— Можете ли вы отправиться в Преисподнюю вместо него? – спросил Ишар, переводя взгляд с Йезриена на Далинара. – В состоянии ли пойти кто-то из вас?

— Я… – начал Далинар, но не захотел ломать видение, – я не знаю.

— Я не смогу, – прошептал Йезриен.

Он призвал свой Клинок и уставился на него с ясно читаемой на лице болью.

— Но не смогу и без зазрения совести взять себе этот меч, после того как бросил друга. Когда все, кроме Тальна, соберутся, я оставлю клинок здесь и никогда не подниму его снова. Я больше не могу брать в руки Честь. – Он будто бы побледнел. – Ишар, я это чувствую. Чувствую сам… как возлагаю свое бремя на него.

Йезриен взглянул туда, где только что стоял Всемогущий, и добавил:

— Я думал… думал, он это исправит…

— На нашего бога больше нельзя полагаться, – сказал Ишар и глубоко вздохнул. – В его отсутствие я сделаю что смогу.

Ишар положил руку Йезриену на плечо:

— Я первым обрел потоки. Я инициировал Клятвенный договор. Я узокователь. Я могу взять на себя часть твоей боли. – Он перевел взгляд на Далинара. – Могу взять часть от каждого из вас.

— Нет, я не позволю тебе так поступить, – сказал Йезриен.

— Почему? Бросить Тальна ты готов. Как и все мы, – заметил Ишар, и выражение его лица смягчилось. – Кому-то, вероятно, понадобится встать на место Чести. Я могу изучить такую возможность. Прошу, отдай мне часть своей боли.

Йезриен поколебался, но кивнул:

— А все остальные? Что нам делать?

— Жить, – ответил Ишар.

— Я не могу жить так.

— Тогда существуй, – сказал Ишар, – ибо, хоть мы и оставляем здесь Клятвенный договор, оболочка его сохраняется. Мы останемся бессмертными, а Тальн будет держаться за нас десятерых: он ни разу не ломался, в отличие от всех нас. Мы же пойдем каждый своей дорогой. Мы не будем встречаться или искать друг друга. Оставим все как есть.

Йезриен встретился взглядом с Далинаром:

— Что думаешь?

— Я думаю, надо так и сделать, – тихо ответил тот.

Ишар оставил собственный клинок, воткнув в землю, как указал Йезриен. Они обернулись, поскольку к месту сбора, спотыкаясь, подошли другие фигуры. Ведель, Эш, Баттар. Ни одна, судя по всему, не была Навани или Гэвом.

Далинар отошел назад и сел на каменистую землю.

«Если бы Всемогущий проявил желание поддержать вас, может сменить участников Клятвенного договора, всего этого можно было бы избежать. Так почему? Почему он словно бы намеренно действует против нас?»