Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 406 – Брендон Сандерсон

Минувшей ночью они последовали указаниям, проверяя его слово, и теперь имели в своем распоряжении заряженные самосветы. Так они смогут выжить в этих землях. Однако Венли беспокоила сама потребность в этом. Жаль, что рядом нет сестры с ее мудрыми советами.

Она думала об Эшонай и о том, как они вместе смотрели на закат на этих плато. Воспоминания о ней приносили Венли чувство покоя. Даже в ужасную бурю. И она размышляла… неужели так ощущается искупление? Такой смесью неуверенности, не могла ли она сделать больше, с радостной дрожью оттого, что наконец вернулась домой?

Тимбре забилась в ритме надежды.

Подошла мать, ходившая за чаем, и устроилась рядом. Она ничего не сказала, но протянула Венли чашку. Они вместе запели.

«Наверное, это еще не искупление, – подумала Венли. – Пока что. Наверное, просто… заглаживание вины. Искупление придет позже, когда мы увидим, смогу ли я и дальше становиться лучше».

Рядом с ней лежал договор в водонепроницаемом мешочке. Эшонай не удалось добиться от людей, чтобы они прислушались, но каким-то образом удалось Венли. Дело было не в соперничестве, и об этом следовало помнить. Но этот край снова принадлежал им.

— Венли! – окликнул кто-то.

Обернувшись, она увидела, что ей машет Била. Венли взглянула на мать, и та запела в ритме напряжения.

Они побежали мимо развалившихся ущельных демонов: некоторые из них явились только что, привезя с окраины равнин других слушателей. Также миновали парочку Сплавленных, не ушедших накануне, когда Эл объявил отступление. Они попросили разрешения остаться. Среди них был Оболочник, которого Венли видела позапрошлой ночью: он тогда пялился в небо.

Много тысяч лет назад он был земледельцем и теперь болтал со слушателями с несвойственным ему прежде оживлением. Она пробежала мимо него к зданию, где с помощью дарованного Воздаянием света проделала тайный проход вниз и обнаружила, что подземное озеро опустело.

Теперь же она спустилась туда вместе с матерью и Билой и увидела, что странная, слишком плотная жидкость возвращается. Проступает со дна. Она сменила цвет на великолепный черно-синий. Ее сопровождал новый тон, пульсируя в новом ритме. В… ритме войны? Венли уловила его название инстинктивно.

— Что это значит? – спросил ее Тьюд, стоявший на коленях у края наполняющегося жидким сине-черным светом озера.

— Это значит, Тьюд, – тихо ответила она, – что нам досталась очень перспективная обязанность. Наша маленькая страна будет иметь важное значение в рождающемся мире.

— Почему нас никогда не могут просто оставить в покое? – проговорила Била.

— Так уж устроен мир, – отозвалась Венли. – Мы должны быть частью жизни. Подозреваю… именно так решили много лет назад наши вожди вместе с Эшонай, когда отправились на встречу с людьми. Да, наши предки ушли в тень. – Она посмотрела на озеро света. – Мы же, в свою очередь, должны вернуться. Мы создадим государство, сильное государство, для всякого певца, который захочет к нам присоединиться. Для всякого, кто стремится слушать – и слышать – мирный ритм в тишине сердца бури.

Остальные закивали и загудели в ритме непреклонности, наблюдая, как тайный источник заполняется силой нового бога.