Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 151 – Брендон Сандерсон

Вместо этого открылась дверь, и в комнату вошел Далинар Холин, меча глазами молнии. И тут старший Далинар узнал этот день, с которого не прошло и двух лет, однако сам он очень сильно изменился. Это был не пьяница. Тот Далинар уже ступил на путь, ведущий к Сиянию, но продолжал решать вопросы лишь одним способом. Одним прямолинейным, ужасным способом.

Старший Далинар осознал… что по-прежнему такой же. Как он отреагировал на более молодого себя в предыдущем видении? Залепил оплеуху.

— Нам обязательно это делать? – спросил он у вошедшего, глядя ему в глаза.

— Да, – прорычал тот, поднимая ногу, и пнул Далинара в грудь.

Его мгновенной реакцией была ярость. Он снова почувствовал – где-то глубоко внутри, словно намеком, – эмоции племянника. Замешательство, панику и боль Элокара.

Все это перекрывалось собственным возмущением Далинара. Эта более молодая его версия сейчас упрочит королевство, но в процессе еще сильнее расшатает Элокара. Из-за ощущения этой шаткости он в будущем потребует, чтобы ему дали возглавить миссию, отправленную в Холинар, где его убьют.

Печальная правда заключалась в том, что при всех своих достижениях Далинар сосредоточил власть в одних руках, убив или сместив несогласных с ним великих князей. Он взял страну гордых воинов, устранил все противовесы монаршей власти, полностью разрушил правящий класс и воздвигся на вершине, как деспот. Ради блага мира.

Далинар почти различал шепот Таравангиана, умершего пару недель назад: «Вот видишь. Монарх должен делать то, что необходимо. Невзирая на последствия. Ты же всегда это понимал…»

Он не знал, мог ли предпринять какие-то другие действия для защиты мира, но это не мешало в моменте испытывать ярость по отношению к более молодой версии себя. И потому он стал отбиваться. Упав от первого удара, он увернулся от последовавших атак младшего Далинара, двигаясь быстрее, чем Элокар во время исходной стычки. Он схватил стол, разбил его о младшего Далинара, а затем набросился на него, впечатывая ему в грудь закованные в броню кулаки.

Не лучшая тактика – латная перчатка против нагрудника, ведь оба фрагмента трескались в равной степени. Далинара это не волновало. Драка была ненастоящей, а вот его злость – очень даже.

Младший Далинар с рычанием оттолкнул его руки и налетел плечом, отбросив назад. Старший Далинар неуклюже отступил, круша мебель, но, когда более молодая его версия приблизилась, пошел врукопашную. Однако оба рисковали получить удар в не защищенную шлемом голову, и он позволил отпихнуть себя.

— Ты удивлен? – произнес младший Далинар. – Нет, ты этого ждал. Шквал побери, Элокар!

Далинар не ответил, вскинул руки в стойку для рукопашного боя. Из трещин на перчатках сочился еле различимый буресвет. Младший Далинар взялся прощупывать его защиту, но старший блокировал удары предплечьями, а затем нанес два мощных тычка кулаками в грудь, отчего доспех растрескался сильнее.

— Ты тренировался, – сказал младший Далинар, обходя его по кругу. – Когда ты добился таких успехов в рукопашной?

Далинар промолчал. Какая разница? Видения с ним играют; пожалуй, не следует попадаться на эту удочку. И все же его гнев разгорелся, когда более молодая его версия пошла в атаку, и шквал побери… Далинар понял, что уже не в такой хорошей форме, в какой был даже два года назад. Тогда он регулярно выезжал на штурмы плато. Но потом он отдал свой доспех Ренарину и проводил все время, будучи королем или военачальником, и теперь не держал темп. В конце концов младший Далинар вывел его из равновесия, а затем нанес мастерский удар пяткой, от которого нагрудник Далинара треснул. Он ощущал эмоции Элокара. И с удивлением почувствовал в них… смирение.