Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 131 – Брендон Сандерсон

— Я обычно наворачиваюсь, – сказала Крадунья. – Ну, типа, оч много. У меня с этим все плохо.

— Дитя, ты когда-нибудь видела, как кто-нибудь пытается ходить в осколочном доспехе с непривычки? – спросил мечник.

— Нет…

— Невероятная сила требует невероятной тренировки, – сказал он, – иначе она может превратиться в неуклюжесть.

Он посмотрел на нее и будто бы… изменился. Раньше, на тренировочных площадках, он всегда казался таким безразличным. Теперь же словно бы почти светился – не буресветом, а энтузиазмом.

— Тебе, – тихо сказал он, – нужен учитель.

— А тебе, – ответила она, – нужны какие-нибудь штаны.

Наконец явились стражники, и, пока они снимали Зайхеля, а Крадунья баюкала курицу, мысли девочки возвращались к словам мечника. Учитель. Ее куча народу хотела учить. Она от них сбегала.

По-другому ли тут? Может ли тут быть по-другому? Хочет ли она этого? Это будет означать изменения.

Но все… все и так меняется, чего бы там она ни нарешала. Ей даже Ночехранительница соврала. Нельзя больше притворяться, что ей десять лет. Из-за того, что она притворялась, будто ей десять… Гэв попал в неприятности. Потому что она не желала расти, а нежелание расти значит нежелание учиться. Это бесит, но так нельзя. А если она хочет перестать быть бесполезной…

Может быть…

Шквал побери! Если все вокруг все равно поменяется, надо ведь меняться вместе с ним. Или так, или можно сидеть в комнате и жаловаться, что ее никогда не берут ни на что важное.

Тем же вечером, когда Крадунью выпустили из иллюзии, она разыскала ревнителя в больничных покоях. Теперь он был пристойно одет и ворчал – как и полагается – на то, что врачи пытаются за ним ухаживать. Похоже, подход у него самое то.

Он заметил Крадунью в дверях.

Чувствуя себя нескладной и нелепой, она отвела взгляд, обхватив себя руками, но тихо спросила:

— С чего начнем?

Вражда отвернулся от крыс Сья-анат в Духовной реальности и сосредоточил внимание на Далинаре. Все это время он принимал скорбь, вызванную содеянным с Харбрантом. Убеждение необходимо подкреплять доказательствами, иначе это вовсе не убеждение.

Сначала Рошар, затем Космер. Разрушение Харбранта станет его величайшей жертвой, его утрата – свидетельством серьезности его намерений. Культивация прекратила попытки спорить с ним или переубеждать. Она разыграла свои комбинации и потерпела поражение.

Теперь на пути Вражды стоял лишь человек-чулл. Впрочем, будущее Далинара представлялось туманным. Таравангиан не мог прозреть выборы этого человека, как не сумел предвидеть нападение Культивации на Харбрант. Взаимодействие с кем-то, запятнанным прозревающим будущее существом, затрудняло предвидение, особенно в краткосрочной перспективе.

Пока Далинар дрожал, съежившись в одиночестве в Духовной реальности, Вражда осознал кое-что. Его планы станут проявлением величайшей доброты к этому человеку, позволят ему раскрыть свой потенциал. Однако прежде Далинар должен признать, что путь Вражды был правильным с самого начала.

Состязание Вражда, разумеется, выиграет, поскольку любой исход послужит ему. Но по-настоящему ему нужен тот результат, при котором Далинар перейдет на его сторону. Как же заставить его увидеть? Как заставить принять правильное будущее?

Ответ был прост. Придется переломать старого друга, чтобы создать его заново. К счастью, Вражда имел опыт по этой части. И в том, как причинять Далинару страдания, и в том, как справляться с собственной болью, вызванной подобными действиями. В сущности, он понемногу становился экспертом в этом деле.