Книга Дружественные интриги, страница 21 – Владимир Мясоедов

— Держу-у-у!!! — Просипел где метром выше Святослав, что в плане магической силы был заметно сильнее своего друга, а порхать как бабочка или, по крайней мере, опираться о воздух научился даже раньше, чем покинул стены Северопасского магического училища. Негатор, безусловно, его тоже сильно ослабил…Но подобные устройства, способные высшего мага сделать обычными смертным или хотя бы приблизить к данному уровню, вообще-то на дороге не валялись и представляли из себя примерно такой же стратегический актив, как пушечная батарея. И стоили примерно аналогичо, а может и больше. — Только вот фигли ты не только тяжелый, но и скользкий⁈

— Обтекаемый я, блин! А ты бы еще пожаловался, что ручки для переноса тела не хватает! — Олег проворно принялся снижать собственную массу, скидывая с себя то единственное, что он мог быстро скинуть. Пояс, к которому крепились предназначенные для рукопашной боевые топоры и кобура для револьвера. Сам пистолет же, который чародей таскал примерно как раз на подобный случай, остался крепко сжат его пальцами, только вот пока было решительно не понятно, а куда стрелять-то…Решив, что в любом случае подать какой-то знак аномальности происходящего не помешает, одну пулю он выпустил просто в воздух, привлекая к этой точке пространства внимание всех своих солдат, которые находились поблизости. Только вот, скорее всего, далеко не всех. Ибо целью номер один для его подчиненных наверняка являлась продолжающаяся внизу на земле драка с водяным элементалем, а не злоключения их начальства, которое рядовой состав и даже многие офицеры полагали если и не всесильным, то близким к сей высокой планке. — Давай лучше в сторону отсюда греби, и побыстрее!

— Дык, не могу побыстрее-то! — Последовал ответ сквозь зубы от бывшего крестьянина, что после кратких секунд максимального стресса вернулся к своей обычной манере речи, навязываемой ему фамильным проклятием. — Я тебя-то, стал быть, елё держу!

— Тогда роняй! Только под углом, чтобы летел подальше! — Не замедлился с ответом Олег, готовясь к тому, чтобы всеми силами не облегчать свой вес, а сдвигаться в сторону. Негаторы магии, как правило, имели довольно четкую зону воздействия и являлись стационарными устройствами. Если бы у него или Святослава получилось вырваться за границы этого периметра, то они бы мгновенно перестали бояться высоты, вернув себе тот уровень могущества, к которому за последнее время уже привыкли.

Ответить маг-воздушник просто не успел. Противник, который и без того изрядно промедлил после того, как поймал обоих высших магов в зону действия своей ловушки, наконец-то сделал свой ход. И он оказался чертовски продуманным и эффективным, вполне соответствующим уже продемонстрированному данным врагом уровню. Что-то практически невидимое в ночной темноте со свистом нашло воздух, безошибочно долбанув в грудь Олега с чудовищной силой. Причем без какого-либо активного применения волшебства, на чистой и грубой физике. Друзей расцепило и разбросало в разные стороны, принявшее на себя удар плечо с ослепительной вспышкой боли явно треснуло от заброневого воздействия и вновь оказавшийся в свободном падении чародей камнем устремился к земле.

Решив не отклоняться от намеченного плана и воспользоваться столь «любезно» сообщенным его телу импульсом, Олег дополнительно ускорил себя, смешаясь в сторону. Если бы его план сработал, он бы уже через несколько мгновений перестал представлять из себя для вооруженного каким-то оружием противовоздушной обороны противника легкую мишень. Если бы нет — расшибся вдребезги…Впрочем, и в этом случае шансы бы у него оставались. Доспех, который вражеская атака так и не пробила, являлся чертовски прочной скорлупой, герметичной к тому же. И он бы не разлетелся на куски от такой мелочи, как падение с высоты нескольких сотен метров. Даже не треснул бы. На останках своего дара после столкновения с землей можно было бы протянуть довольно долго даже в переломанном виде, и даже если в него ещё разок-другой долбанут похожими атаками. Все-таки когда целители действительно хотят жить, то законы биологии и физиологии в их организмах становятся, зачастую, лишь общими рекомендациями. Да и вообще быстро реанимированное дохлым не считается. А когда до его тушки доберутся солдаты, то должны будут оттащить пострадавшее начальств к магам-медикам, которых он сам обучал и которые, хочется верить, ещё тепленькую человеческую отбивную быстро в порядок приведут, снова заставив сердце биться и наполнив вены кровью. Даже если сердце для этого в тело придется вложить чужое, взятое из их запасов тщательно законсервированных внутренних органов, а кровь — донорскую.