Книга Ночь, которую я не помню, страница 44 – Марина Бастрикова

— Наташ, я же никогда ни о чем тебя не просила. – Объятия стали крепче, и я дополнила: – Мы не бросим Дениса. Я же врач, ты знаешь. Мы устроим для него наилучшие условия.

Объятия разомкнулись, и я встретилась с Наташей взглядом, наблюдая текущие по синякам слезы. Счастливо выдохнула. Ура, получилось, я нашла выход. Для Дениса найду сиделку, которая не станет терпеть его замашки. И там уже или срок ему устроим, или будет и дальше спокойно жить, только под присмотром кого-то пожестче Наташи. А встречи же их постараюсь контролировать. Например, навяжусь как врач. Конечно, с моей профессией звучит обнадеживающе, но Наташа в курсе широты моих знаний.

— Хорошо, хорошо. Я попробую. Но только на несколько дней. Вдруг тебе будет некомфортно, – прошептала слишком молодая для седины девушка.

Я абсолютно искренне расплылась в широкой улыбке. Ох, Рома, спасибо тебе за идею. Вот почему я раньше о таком варианте не подумала?

Когда я вернулась в ординаторскую, Виктор присвистнул.

— Вот это я понимаю – любовь к своей работе. Это отчего такая улыбка от уха до уха? Случаем, не из-за скандалистки, о которой только что сообщила медрегистратор? Кстати, а как ее зовут? – Виктор явно не мог пропустить симпатичную мордашку в персонале.

— Диана, – автоматом ответила я и с вопросом посмотрела на санитара.

Артур кивнул в сторону, намекая на прощальный зал. Виктор же мрачно на меня смотрел, как будто ему не понравилось то, что я сказала. Хотя я не представляю, что ему могло показаться не так в имени нашего медрегистратора.

Без дальнейших разговоров пошла решать вопрос с очередным горюющим. А что, после разговора с Наташей решительности и сил во мне прибавилось в разы. Даже идти к разгневанным живым не страшно. Попросила медрегистратора Диану привести бунтующую, чтобы не устраивать разборки у всех на виду.

Ко мне пришла полноватая женщина. Очки явно в дорогой оправе, что контрастировало с невзрачным одеянием и загорелой грубой кожей.

Она окинула меня оценивающим взглядом. Мне показалось, что на меня смотрят сверху вниз, хотя зашедшая была не самого высокого роста.

— Это вы вскрыли моего мужа – Турова Игоря?

С учетом того, что Виктор у нас тут на полставки, моя коллега-патолог болеет, а Ира уволилась… неважно, кто вскрывал, отвечать мне. К тому же я помню, как смотрела на документы с таким именем и фамилией, значит, все же вскрывала я.

— Да, было произведено вскрытие.

— А кто вам разрешил это сделать?

Хотелось рявкнуть, что разрешает мне закон. И если эту тетку что-то не устраивает – пусть жалуется в письменном виде. Нет же, пришла устраивать сцену (что очевидно по ее выражению лица). Жена Турова решила воспользоваться моим молчанием и продолжить:

— Наша вера не позволяет производить… – Женщина замолчала и попыталась подобрать слова, закончив брезгливым: – Подобное. Я вообще не понимаю, зачем моего мужа затащили в больницу. Кто вам разрешил осквернять храм его души? Что же нам теперь делать? Как забирать?

— Нет такой религии, которая бы запрещала обращаться к врачу, – сказала я как можно увереннее, покидая кабинет.

Потому что стало страшно. Этой женщине бы показаться психиатру. Ее муж умирал, а она была против того, чтобы он попал в больницу.

Первым делом я залезла в документы в поисках этого Турова. Нашла. Зарычала.