Книга Ночь, которую я не помню, страница 127 – Марина Бастрикова

А мы все вместе заливались смехом.

Чтобы после хохота промочить иссушенное горло, налила себе сока и выпила. Предложила девочкам – все, кроме Марго, согласились.

— Я понимаю, кормящая мать и беременная… Но Люда, почему сегодня пью я одна? – возмутилась Марго, впервые оказавшись с вином в одиночестве.

— А я беременная, – честно ответила.

Позади раздался шлепок. Обернулась. На пороге стояли Рома и Миша. Видимо, жених забрал сына из школы и пошел за покупками. Блин, а я ж чуть не забыла, что Мишку уже пора забирать. Что творят гормоны, пипец. Опустила взгляд и увидела на полу торт. С клубничкой. Уронил же, гад. Невольно потекли слезы. Я зашмыгала носом и стала их вытирать. Как же торт-то жалко.

— А ведь я говорила, что нужно пользоваться каким-то контрацептивом, кроме своей профессии, – не оставила ситуацию без комментария Марго.

— А что такое концентраптив? – Миша не смог проигнорировать новое интересное слово, хотя и бросил на меня обеспокоенный взгляд. Рома продолжал стоять все в той же позе с вытянутыми подрагивающими руками, с которых, видимо, и свалился торт.

— По-моему, настало время поговорить с тобой о половом воспитании, – сказала Марго, вспомнив, что скоро станет этому парню второй мамой. Ха, ну и семейка у Миши собирается.

Миша задумался, почесал голову и ответил:

— Ладно. Спрашивай.

Гостьи захихикали, я же почему-то сильнее и активнее заплакала, уже откровенно воя. Рома отмер и подбежал ко мне.

— Я очень хочу ребенка. Беременность – это прекрасно. Мы обязательно справимся, – вещал Рома лозунгами, то гладя меня по голове, то тряся за плечи, то вытирая слезы. Мишка понял, что спрашивать о половом воспитании его не будут, пожал плечами и ушел от нас, наступив на тортик и оставляя за собой сладкие белые следы. Заревела еще громче.

— Может, она боится, что теперь ты женишься только из-за ребенка? – предположила Катя, погладив свой живот и явно вспомнив страхи перед своей свадьбой.

— А может, что теперь не женишься? – сказала Марго, которая детей не планировала вообще.

— Я не сплю с девушкой без защиты, если не собираюсь на ней жениться! – возмутился Рома, прижав плачущую меня к своей груди. Я невольно опустила взгляд вниз и увидела торт и на его ноге. Плач сразу получился особенно горестный.

— Так ты и не женился еще ни разу, – сказала Катя, прознавшая о Роминых страхах еще в период моего свидания с Димой. Потому что потом она Ромку по телефону отчитывала, что мог бы и сам меня пригласить.

— Вот и я о том, – ответил Рома, продолжая гладить мне волосы дрожащими руками. – Любимая, ну скажи хоть что-то.

— Т-т-т, – попыталась сказать сквозь всхлипы.

— Так ему и надо? – Ромина сестра.

— Только не аборт? – Катя.

— Тиски на яйца? – Марго.

У Ромы замерла рука, перестав поглаживать. И весь он стал какой-то твердый, так что в последний раз высморкавшись в его рубашку, я подняла голову и наконец выговорила.

— Т-т-торт-ик, – сказала я, икнув на последнем слоге. Что ж, я даже не против, звучит все равно верно.

— Все дело в торте? – спросил Рома, быстро сориентировавшись.

Так как я продолжала то всхлипывать, то икать – просто кивнула.

— И ты хочешь этого ребенка? Не жалеешь, что мы вместе? Рада, что выйдешь за меня замуж? Веришь, что мы справимся?

На все Ромины вопросы я послушно кивала, еще пару раз икнув, правда.