Книга Пешка бронзового века, страница 15 – ИМП

От командного бота отделилась фигура в офицерском ПЕХе и быстрым шагом направилась ему навстречу.

— Генерал! Сто двадцать первый корпус десанта «Звезды Аллурии» приведён в боевое состояние. Все боты укомплектованы согласно штатному расписанию. Докладывает полковник Вэй Джу, жду ваших дальнейших указаний.

Полковник вытянулся по уставу так безукоризненно, что Квир почти физически почувствовал, как где-то в глубине его памяти зашевелилось раздражение к парадной строевой подготовке.

— Вольно, Вэй. Давно ты на «Аллурии»? Помнится, хотел уйти в отставку, к семье.

— Хотел, Квир, — ответил полковник, и в голосе его что-то дрогнуло, хотя сам он остался неподвижен. — Но судьба распорядилась иначе. Нет у меня больше семьи. Ни жены, ни детей. Потому и вернулся, чтобы давить этих тварей, пока дышу.

— Соболезную, — коротко сказал Квир.

Он не стал добавлять ничего сверх этого. Не было слов, которые могли бы вернуть мёртвых, а длинные соболезнования часто служили лишь способом для говорящего поскорее отделаться от неудобных знакомых.

— Вэй, окажешь услугу? Мне нужно привести себя в порядок. Душ, чистка ПЕХа, немного там подправить то-сё. Пару техников выделишь?

— А ничего, что у нас боевая тревога, не учебная? — хмыкнул полковник.

— Я с мостика, Вэй. Рархи опоздали. Дисциплину — это ты, конечно, соблюдай, но техников выдели. И пусть посмотрят место крепления шлема, а то я его срезал, и теперь там такая красота, что твои ремонтники будут плакать.

— Они уже плачут, генерал. Просто пока молча.

Квир усмехнулся и направился к помещению казармы.

Разоблачение заняло больше времени, чем Квир рассчитывал. ПЕХ, переживший последние часы Эквилона, сопротивлялся каждой процедурной команде, словно не хотел отпускать оператора наружу. Внутренние фиксаторы размыкались с задержками, повреждённые направляющие скрипели, а верхняя грудная бронеплита, прежде чем выдвинуться вперёд и подняться на штангах, издала влажный чавкающий звук, будто отрывалась от внутренних уплотнителей вместе с самими уплотнителями. Нижняя часть грудины ушла вперёд и вниз, секции рук раскрылись до локтей, ноги освободились до коленных узлов, и Квир наконец смог подняться из раскрытой машины, чувствуя себя неожиданно лёгким и одновременно неприятно уязвимым.

Без ПЕХа тело сразу напомнило о себе болью, усталостью и холодком, который всегда приходил после выхода из защищённой среды. Техники приняли машину почти благоговейно, хотя в их глазах было не восхищение, а профессиональный ужас. Квир не стал мешать им и пошёл к душевым, стягивая по дороге пропитанный запахом биогеля комбинезон.

Горячая вода ударила по плечам, и на несколько минут мир вокруг сузился до помещения душевой, пара, ультразвуковых волн, пены и почти забытого ощущения чистой кожи. Квир стоял под струями, закрыв глаза, и впервые за эту неделю позволил себе просто стоять без мыслей — вообще. Без карт сражения, без докладов, без приказов и без попыток просчитать, где в следующий раз появится очередной десантный туннель. Корабль под ним гудел ровно и мощно, переходное поле стабилизировалось, тревога, орущая под потолком, звучала уже привычным фоном, а тело, наконец-то лишённое брони, постепенно вспоминало, что оно всё ещё живое.

Удар пришёл без предупреждения — резко!