Книга Интеграция. Том 1, страница 91 – Роман Добрый

— Фиксирую попадания. Птичек ссадили. На выход! Кит и Топот на базе — принять подходы под контроль.

— Есть! — почти хором гаркают парни.

Им явно некомфортно, что их оставляют в тылу. И вроде бы понимают, что с важной миссией — прикрыть наши жопы, в случае неприятностей. Именно от них ведь будет зависеть, кто из группы сможет вернуться, пока они прикрывают нас со стены. Но мальчишеский задор буквально из ушей сочится в виде неконтролируемой обиды. Эх, молодежь, успеете еще, сами рады не будете.

Заметил, что у меня всегда так — пробивает на рефлексию и поганый юмор в особо сложные моменты жизни или перед боем. Такое себе знание, предпочел бы и дальше оставаться в неведении. Да кто ж меня спрашивал?

— Доклад!

— Чисто, противника не фиксирую.

— Группа, занять позиции возле фуры. Организовать оборону. Ходу!

До обозначенной цели около шести метров. Плевое дело! Но порядок, вдалбливаемый в нас Молотом на тренировках, соблюдаем, уже не задумываясь. Короткими перебежками, буквально по паре быстрых шагов, постоянно прикрывая друг друга, перебираемся к застывшему, в последней своей остановке, старенькому вольво. Слава ловко взбирается, почти взлетает наверх. Тут же распластавшись на крыше прицепа. Андрей держит сектор, в районе безкапотной кабины. Я залег возле заднего моста, поперек ширины тягача, предварительно убедившись, что под колеса засунуты башмаки-противооткаты. Гриша и Женя встали лесенкой, у задних дверей.

— Чисто — доложился каждый, значит, оппоненты внутри здания. Предсказуемо, но тем не менее погано.

Нам достался кусок какого-то складского комплекса. Фура, похоже, ожидала открытия терминала, чтобы разгрузиться. Вот и встала на стоянку поперек разгрузочных ворот. Их перед нами шесть, с тринадцатого по восемнадцатый номера. Пятнадцатые открыты. Приглашают, твари. Но, если я хоть чему-то успел научиться, то мы туда не пойдем. Угадал!

— Шериф, Кубань — семнадцатый номер.

Бойцы срываются с места, рывком преодолевая открытое расстояние. Знают, что мы их надежно прикрываем, но все равно, мчатся на пределе возможностей. И не зря. Глухо рявкает ствол Аскета, вколачивая два бледно-голубых росчерка в высунувшийся из открытых ворот силуэт. Такие же подарки летят со стороны Молота. Встретить друзей, мы здесь не ожидаем, потому гвоздим на любое движение.

Парни на месте. Резким толчком, поднимают опущенную вниз ставню ворот. Она еще не успевает преодолеть и половины пути, а я уже выпускаю три отсечки. Бью прямо через нее, чуть водя стволом по расходящейся спирали, чтобы наверняка нащупать силуэт противника с неизвестными габаритами и возможностями. Показалось мне, или нет, будем разбираться потом. Предпочитаю быть живым и не правым, чем вежливым и мертвым. Тем более что не причудилось, Евген проводит контроль, рухнувшему ему под ноги телу.

— Норма́нн — готовсь… — моя очередь, выдергиваю себя из-под большегруза — пошел!

Вкладываю все силы, буквально выжимая мышцы до капли, в одном стремительном толчке. Все, я на точке. Живой и без лишних дырок. Принимаю под наблюдение свой сектор, вдоль стены здания.

Еще несколько мгновений, и группа, в полном составе, собралась на новом месте. Толком укрыться около пандуса негде, Молот первым ныряет в недра комплекса, следом скользит Аскет, затем Кубань, Шериф и завершаю процессию я. Мимоходом бросаю взгляд на своего крестника. Ять! Лучше бы этого не делал. Ну и ушлепок[17]!