Книга Кто правит миром. Том 1, страница 40 – Цин Линъюэ

Перед домом собрались соседи, разбуженные пожаром, они носили воду, пытаясь потушить огонь. Крики, ругань и плач смешались в хаосе.

— Как в доме семьи Хань мог начаться такой большой пожар?

— Кто знает? Прошло столько времени, но никто из семьи Хань так и не смог выбраться!

— Странно, неужели все просто сгорели внутри?

— Эх, какая жалость!

Несмотря на то, какая стряслась беда, некоторые все равно не забывали посплетничать.

Внезапно белая тень мелькнула и вошла в огонь, за ней последовала черная тень.

Люди терли глаза, пытаясь осознать, что успели увидеть, но две фигуры уже исчезли. Все начали сомневаться, не померещилось ли им – кто бы бросился в такой огонь? Это же самоубийство!

Фэнси ворвалась в дом и обнаружила, что главные ворота были заперты изнутри. По пути она видела множество тел на земле, мужчин и женщин, старых и молодых, все были убиты одним ударом в грудь. У некоторых кровь уже высохла, у других еще сочилась из груди, некоторые умерли с открытыми глазами, иные держали оружие, словно собирались сражаться с врагом до последнего…

Пороги, каменный пол, ступени – все было покрыто алой кровью. Фэнси осторожно шла, но все равно поневоле оставляла теперь алые следы.

— Есть кто-нибудь? Кто-нибудь жив? – громко кричала Фэнси, но никто не отвечал, вокруг были лишь клубящийся дым и ревущее пламя.

— Старик Хань, ты мертв? Если нет, отзовись!

— Все мертвы, ни одного живого, – позади нее раздался вздох Фэнси.

Фэнси резко повернулась и посмотрела на него, ее взгляд был холоднее льда и острее меча:

— Это из-за рецептов?

— Это не я, – сразу ответил Фэнси, но тут же его наполнил гнев. Почему он оправдывается? Зачем оправдываться?!

— Ты остановился в доме семьи Хань не ради рецептов порошка Пурпурного Дворца и пилюли Сердца Будды? Старик Хань почитал тебя как бодхисатву, но не думай, что я не знаю твоих истинных намерений. – Выражение лица Фэнси смягчилось, но ее тон оставался холодным.

— Я уже давно скопировал рецепты. – Фэнси впервые стер с лица свою элегантную улыбку и стал подчеркнуто холоден.

— Я же говорила. – Фэнси холодно усмехнулась, затем вдруг прислушалась и быстро устремилась вперед, Фэнси следовал за ней.

Пройдя через море огня, они оказались в заднем саду дома семьи Хань, откуда доносились тихие рыдания. Идя на звук, они обнаружили маленькую фигурку, стоящую на коленях.

— Отец… отец… вставай, вставай! У-у-у… отец, вставай, Пу-эр выведет тебя отсюда! – Маленькая фигурка крепко обнимала тело на земле и плакала.

— Хань Пу? – Увидев маленькую фигурку, Фэнси сразу позвала его.

Маленькая фигурка, услышав, что кто-то зовет его, обернулась и бросилась к ней.

— Ты, злая женщина, снова пришла украсть наши лекарства, да? Кради! Кради! Мой отец мертв! Кради еще! У-у-у… что тебе еще красть! – Хань Пу кричал и бил Фэнси, его лицо было покрыто кровью и слезами.

— Хань Пу! – Фэнси схватила его. – Что произошло?

— Ты, злая женщина! Все из-за тебя! Почему ты прокляла моего отца? У-у-у… отец больше никогда не сможет устроить праздничный пир! Злая женщина! Проклятая женщина! Я ненавижу тебя! Верни мне моего отца! – Хань Пу отчаянно боролся и, не сумев вырваться, попытался укусить руку Фэнси.

— Цсс! – Фэнси вскрикнула от боли и собиралась отдернуть руку, но Фэнси взмахнул рукой, заблокировав точку акупунктуры Хань Пу, и тот сразу потерял сознание в объятиях Фэнси.