Книга Кто правит миром. Том 1, страница 276 – Цин Линъюэ

— Ты наверняка тайком прочитал записи князя Чжао. – Фэн Сиюнь бросила на него презрительный взгляд.

Записи обычно содержат повседневные заметки человека, некоторые могут быть обнародованы, но некоторые очень личные, особенно записи князя Чжао. Однако… она честно спросила себя, что бы делала, если бы обнаружила записи князя-Феникса? Как только эта мысль возникла, она поняла, что определенно тоже прочитала бы их.

— Я не знал, что это записи князя Чжао, пока не начал читать, а когда узнал, было уже поздно, так что я решил прочитать все. – Фэн Ланьси не выглядел ни капли пристыженным, скорее он вел себя так, будто прочитал книгу, предназначенную только для него. – Я был молод, прочитал их и не придал значения, почти забыл об этом, пока позже…

Он сделал паузу, глядя на Фэн Сиюнь со значением.

Фэн Сиюнь замерла на мгновение, ее мысли быстро прояснились:

— После того как мы с тобой увидели те портреты в павильоне Линсяо в императорском дворце, ты снова прочитал записи князя Чжао?

Фэн Ланьси кивнул:

— Записей князя Чжао не так много, всего сорок семь глав, но каждая связана с правителем-Фениксом.

Сердце Фэн Сиюнь дрогнуло, она вспомнила истории, которые ей рассказывал брат Сеюэ.

— Что там записано?

В глубине души она думала: почему наша правительница-Феникс не оставила никаких записей, чтобы тоже рассказать что-нибудь о том «изящном и особенном, величественном как нефритовая гора, ярком как утренняя заря, вызывавшем всеобщее восхищение» правителе Чжао Фэнцзи!

Фэн Ланьси снова замолчал. Хотя он не стыдился чтения записей предка, он чувствовал некоторую неловкость, обсуждая их содержание подробно, поэтому лишь смутно ответил:

— Просто их прошлые истории.

— Какие истории? – Сердце Фэн Сиюнь трепетало, как кошачьи когти, она только жалела, что сама не может прочитать эти записи.

Фэн Ланьси взглянул на нее и сказал:

— Мы с тобой знакомы много лет. Если бы кто-то спросил тебя, что между нами происходило, что бы ты ответила?

Фэн Сиюнь тут же замолчала.

Видя, что она больше не расспрашивает, Фэн Ланьси тайно вздохнул с облегчением и сказал:

— В этих записях есть глава, судя по времени, последняя, написанная после смерти правителя-Феникса. Князь Чжао был глубоко опечален и написал такие строки: «Феникс пал с лазурных небес, хоть я жив, но словно мертв. Когда-то мы клялись разделить счастье и горе, жить и умереть вместе, но зло было создано вместе, почему же оно вредит только Фениксу? Луна разбита, душа разорвана, одинокая тень, живые и мертвые оплакивают друг друга, горе бесконечно».

Когда Фэн Ланьси закончил, Фэн Сиюнь тоже застыла.

— «Зло было создано вместе, почему же оно вредит только Фениксу?» – эта фраза явно странная, – сказал Фэн Ланьси.

Фэн Сиюнь не ответила. На самом деле в этих записях не только эта фраза была странной, содержание также подтверждало еще одно дело. Думая об этом, она невольно посмотрела на Фэн Ланьси, ее взгляд остановился на нефритовом знаке в форме полумесяца на его лбу, и ее сердце дрогнуло.

У каждого из них было по нефритовому украшению в форме полумесяца, одинаковых по форме и качеству нефрита, различающихся только цветом. Все эти годы она задавалась вопросом об этом, но не могла найти ответа. Теперь, сопоставляя слова из записей и помня, что эти украшения были унаследованы, она находила в сердце ответ.