Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 59 – Наталья Резанова

— Благодарю вас, почтенный Фиахра. Будьте уверены – вы всегда можете рассчитывать на меня.

* * *

Князь Лайгде был настроен не слишком благодушно, впрочем, Горонви этого ждал. Он принял мага в собственных покоях, после обеда, к обеду же Горонви не был допущен.

— А, вернулись, магистр. Как ваши дела по поимке шпионов?

— Прекрасно, ваша светлость. Я поставил короля Садалана в известность о своих наблюдениях, остальное довершат королевские чиновники, если у них хватит ума не спугнуть дичь.

— Похоже, вы превратили это в свою профессию, а, Горонви? Путешествуете по разным странам, используя свой дар как наживку?

— Я мог бы так делать, ваша светлость, и жил бы богато и счастливо. Но лишь ради этого не стал бы я тратить время – ваше и свое. Я охотно служу государям, обеспечивая безопасность их правления. Но поимка предателей – лишь часть этой службы, и, признаюсь, часть небольшая. И разве такой человек, как вы, будет уважать того, кто довольствуется малым?

— Разве мало – избавить властителя от опасности?

— Недостаточно. Достаточно – дать большую власть, чем тот имеет.

— Вы можете дать власть? – В усмешке Лайгде было нечто угрожающее. – Мне или, к примеру, Садалану?

— Не я, ваша светлость. Есть силы, многократно превышающие те, которыми обладаю я или любой из известных мне магов. Может быть, любой из смертных.

— С какой стати богам мешаться в наши дела?

— Боги – не станут. Но великие силы есть не только у Семерых. Не считайте за ересь. Ведь вы сами прикоснулись к этим силам, государь.

— Я видел нечто. Не знаю, что именно. И помню, что вы внушали Луиве. Про Сердце Мира. Вы сами-то верили в то, что говорили?

— Буду с вами откровенен. Я не знаю точно, находилось ли Сердце Мира близ Дробезы. Но не исключаю такой возможности. Уверен я точно вот в чем – там, на месте этих развалин, спит мощная Сила. Если ее пробудить, это пойдет на пользу вам, мне, вашему княжеству.

— Преподобный Луива отнесся к вам благосклонно, но, если вы начнете держать перед ним такие речи, жрецы изменят свое отношение. А мне они нужны со всем согласные.

— О, вы тоже подумали, что я буду проповедовать возрождение язычества? Я уже говорил Фиахре, что и в мыслях этого не имел.

— Да, Фиахра сообщил мне, что вы предложили устраивать в амфитеатре публичные казни. Изрядная шутка!

— Я не шутил, ваша светлость.

Лайгде ждал, что Горонви пояснит свои слова. Но тот молчал, словно выжидая, когда до князя дойдет некий сокрытый во фразе смысл. Или не во фразе? Видение почти изгладилось из его памяти под гнетом насущных забот, и Лайгде тщетно пытался припомнить подробности. Но, как выяснилось, кое-что избыть из сознания он не мог.

Кровь, текущая по телам бьющихся в молитвенных радениях священнослужителей. Кровь, опьянявшая всех допущенных к созерцанию таинства. Кровь, заполнявшая чаши, дабы залить огни до того…

До того как – что?

Князь не видел, чем завершилось радение. Видел ли Горонви?

Может быть, когда чаши были опрокинуты на огни, вся толпа, восседавшая на склоне, срывалась с мест и катилась вниз, на арену, чтобы в кровавые клочья порвать избранную жертву? Причаститься?

Или все было чинно и благопристойно, и жертва торжественно шла к алтарю, добровольно подставляя горло под нож или топор?

Но жертва была несомненно.