Книга Имперец #1-5, страница 213 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

Москва, «Бермуды», Антон Васильевич Серов

— Нет, ты посмотри, как красиво лежат! — восхищенно проговорил Лютый. — Талантливый пацан!

— Ага, — мрачно отозвался Серов, осматривая результаты побоища, которое устроил один простой русский студент. — Хорошо торгуется и плохо контролируется.

— Работает человек по вдохновению, ну что ты, — отмахнулся силовик. — Главаря он тебе для допроса оставил, статистов положил. Все по красоте. Идеально подходит под мою команду.

— Ну еще чего! Так я его тебе и отдал, — фыркнул Серов, рассматривая положение тел у входа, где был прямой контакт.

— Да зачем он тебе? Вы ж теоретики, работники бумаги и пера. А тут смотри, как все четенько. Явно мой кадровый ресурс!

— Вот погляди сюда, что ты видишь? — спросил Серов, кивнув на тела с ножевыми отметинами.

— Чистую работу, — охотно ответил силовик.

— И я, — кивнул особист. — А как у пацана в восемнадцать лет может быть такая чистая работа?

— А как пацан, без году неделя открывший магию, может двумя стихиями так играючи управлять? — вопросом на вопрос ответил Лютый, и оба окинули помещение задумчивым взглядом.

Товарищи помолчали, и силовик продолжил:

— Тебе все равно штатную единицу под него не откроют. А у меня уже все готово — бери и бери!

— Виктор Сергеевич озаботится — и все откроют, — возразил Серов, немного помрачнев.

Кадровые вопросы были больным местом, чтоб эти гребаным бюрократам кто-нибудь паяльник в жопу для мотивации воткнул.

— Виктору Сергеевичу сейчас не до подающих большие надежды парнишек из народа, — жестко усмехнулся Лютый. — У него теперь головняк повеселее будет.

Москва, Кремль, Виктор Сергеевич Нарышкин

Император молчал. Молчал и с видом глубокой задумчивости размешивал сахар в чашке с кофе.

Виктор Сергеевич тоже молчал. Молчал и старался не дышать. Ну, или дышать через раз.

Ситуация была, прямо скажем, такая себе. С одной стороны, в сердце страны, буквально под носом у всей безопасности, террористы сидели в баре и спокойно попивали пивко вот уже несколько месяцев. С другой стороны, это не террористы, а честные наемники. У них и контракты есть, и даже выплаты по-белому. Налоги платят, как порядочные люди! Поводов придраться практически нет, а где есть — там только погрозить пальцем и выписать чисто символический административный штраф. У них даже вид на жительство и разрешение на работу был оформлен, чище не бывает.

И действительно, если бы командир наемников не пожадничал и не схватился за заказ на голову Мирного, эти подонки еще долго бы попадали в слепую зону всех систем.

Наконец, Дмитрий Алексеевич отложил ложку, тихонько звякнув о тонкий фарфор, глотнул кофейка, поморщился, будто там не кофе был, а рыбий жир.

— Что поляк говорит? — спросил император, отставив чашечку с таким рвением, что фарфор снова жалобно дзынькнул.

— Сначала рассказывал про величие Речи Посполитой, — заговорил Виктор Сергеевич. — После ряда наводящих вопросов, какого хрена он ее величие в Москве ищет, начал путаться в показаниях. Ну а потом специально обученные люди замотивировали его на сотрудничество.

— Ближе к делу, Витя, — раздраженно произнес Дмитрий Алексеевич.

— Да тут что ближе, что дальше, в принципе, — вздохнул Нарышкин. — Они работали всегда через посредника. Здесь так же. Приехали похалтурить в Россию, на родине-то все аристократы либо нищие, либо жадные. Пока халтурили, выполняли аккуратно мелкие заказики, он своим людям не препятствовал подрабатывать. А потом ему сделали такое шикарное предложение, от которого ну просто ни один поляк бы не отказался. Ну и голову пацана до кучи.