Книга Егерь императрицы. Русский маятник, страница 88 – Андрей Булычев

— В основном нарезные ружья, Архип, – ответил Егоров. – Только совсем новой системы с заряжением не со ствола, а с казённой части. Жду, когда их образцы нам привезут, чтобы каждый до самой малой детали разобрать, скопировать и подумать ещё, как их дальше можно улучшить. А одновременно с этими ружьями я думаю наладить ещё и выпуск мирной, повседневной продукции, той, которая давала бы нам живые деньги и была бы востребована.

— Не потяну я такое, Алексей Петрович, – проговорил со вздохом поместный оружейник. – Копирование это мудрёное, новые оружейные системы, десятки непривычных станков и механизмов. Точно не справлюсь. Вам надобно хороших, грамотных мастеров искать, тех, кто во всём новом разберётся, а я только завалю у вас всё, попорчу. Был бы хоть Курт Оттович рядом, глядишь, и управился бы с ним. А вот с Макаром мы точно со всем новым не совладаем.

— Понимаю. Тут опыт организации большого производства нужен и те мастера, кто с новыми станками и механизмами уже работал. В Туле уже с такими людьми разговоры идут, глядишь, и перекупим их себе. Но вы, Архип, без дела тоже не останетесь, помимо выпуска новых винтовальных ружей, будем делать ещё и старые, дульно-зарядные для казны, да и по мирной продукции вам что-нибудь в мастерскую пристроим.

Через неделю после Троицы с караваном речных судов по Оке отплывал купец первой гильдии Лазарев.

— В Алексине сделаю первую длительную остановку, – делился он планами с Егоровым. – Там до Тулы прямая короткая дорога. Люди у меня в этом городе знакомые есть, найму возчиков, и доставим те бочки с подсолнечным маслом, о которых вы сговаривались.

— Вот и останавливайтесь в Туле у Вьюговых. Письмо Ивану Илларионовичу моё передадите и задаток, если уже есть, кто надумал к нам из мастеровых переселиться.

— Ну это навря-яд ли, сомневаюсь я, что так быстро решатся, – почесав бороду, проговорил с сомнением Иван Кузьмич. – Хотя кто знает, может, и найдутся такие. Кого-то вдруг обидели сильно, кто-то из-за денег может на переезд решиться, а кому-то просто интересно начать на новом месте работу, а на старой продыху не дают. Всякое в жизни бывает. По станкам и механизмам – это уж на обратном пути буду пытаться. Ближе к осени, когда возвращаться будем, попробуем ещё до холодов по реке чего-нибудь к себе притянуть. Так, ну-у вторую большую остановку я на Серпухове, стало быть, делаю, туда крахмал для текстильщиков в сто пудов отгружаю и двадцать бочек с маслом. Половину из него они даже самого плохого, не фильтрованного забирают. Понравится, потом, говорят, ещё больше у нас закажут. Дальше по реке Коломна, в ней быстренько муку выгружу и плыву дальше. После зимы небольшой избыток ржаной остался, а купец Набоков из Коломны у меня всегда за неё хорошую цену давал. А уж теперь с руками и ногами оторвёт, до нового урожая-то ещё три месяца. А с Коломной этой Москва рядом, туда сколько муки ни завози, всё мало. Так что спрос на неё огромный. Так, ну в Рязани я мало чего оставлять буду, смысла просто не вижу, там уж и Нижний Новгород совсем недалече. Ярмарка в Нижнем отменная, вот в нём и расторгуюсь вконец. Ну а уж на обратном пути, как мы и говорили, буду всё тяжёлое к поместью вытягивать.

Вслед за Лазаревым в Воронежскую губернию, где жил родной брат, отправлялся Кулгунин. В планах у него было заехать в Бобровский уезд, в котором в это время шло разведение перспективной породы орловских рысаков.