Книга Сквозь лед и пламя, страница 74 – Андрей Булычев

— Проекторы! Элоквенты!^[15] – выкрикнул он, сжимая кулаки. – Они смеют учить нас воевать! Тугут этот, паук венский, пытается из своего кабинета командовать армией, которая за тысячу вёрст от него! А эти только и ждут, чтобы нам палки в колёса вставлять!

Багратион вскочил, глаза его горели:

— Ваше сиятельство, да плюньте вы на них! Прикажите – мы и без австрийцев француза добьём! У меня егеря злы как черти, они за Треббию им всё припомнят! Сколько друзей потеряли!

— Злы – это хорошо, князь, – Суворов остановился и перевёл дух. – Злость в бою – первое дело, сил придаёт. Но без провианта, без фуража и снарядов, без подвоза всего необходимого далеко, Пётр Иванович, не уйдёшь. А всё это у нас в австрийских руках. Они нам и порох, и сухари словно милость подают. И подают ровно столько сейчас, чтобы мы с места не сдвинулись, а сидели на привязи. Население грабить – не дело, мы сюда не врагами, а освободителями пришли.

Он подошёл к Егорову и внимательно посмотрел в его глаза.

— Ты, Алексей Петрович, человек бывалый, много чего повидал, из лихих передряг вышел. Что скажешь? Чует моё сердце, что Вена нас рано или поздно подведёт. Ошибаюсь, стар стал, остроту ума потерял, устал?

Алексей молчал, собираясь с мыслями. Он знал то, чего не могли знать другие. Знал, что очень скоро этот вынужденный простой закончится и союзники их погонят в Швейцарию, через перевалы, туда, где не будет ни дорог, ни проводников, ни мулов. Знал, что австрийцы бросят их там, и Суворову придётся совершить невозможное, чтобы спасти армию. И ещё знал, что этот поход станет для фельдмаршала последним. Но как всё это изложить, как уберечь его и всю армию от грядущего?

— Ваше высокопревосходительство, – начал он осторожно. – Всё, что вы говорите, – истинная правда. Австрияки завсегда свою выгоду блюдут. Если всё же дело дойдёт до гор, до перевалов в Альпах, они нас там одних оставят. Позволят французам нас окружить, а сами отойдут, заслоны свои уберут. Не нужна им наша слава, и армия наша не нужна, мы для союзников уже своё отработали – очистили Италию и отдали обратно им в руки. Зачем мы теперь?

Суворов прищурился:

— Ты к чему клонишь, Алексей Петрович?

— К тому, что готовиться надо загодя. Своих проводников заиметь, из местных, кто тропы знает. Вьючных мулов запасти побольше, не надеясь на австрийские обещания. Провиант истребовать, а лучше закупить заранее. У меня в полку, в обозе, знающие люди есть – они с вьючными лошадьми хорошо управляются и в горах не пропадут. Я могу и сам за свои средства несколько десятков мулов прикупить, пока цены не взлетели. А проводников… князь Багратион в Шестом полку имеет людей из пьемонтцев. Пусть они по своим знакомым пройдут, может, кто согласится за достойную плату хорошим маршрутом вести.

Багратион оживился:

— Дело говоришь, Алексей Петрович! Точно, у меня в ротах есть обозные из местных, они горы как свои пять пальцев знают. Я поговорю, найдутся такие.

Великий князь Константин, молча слушавший разговор, шагнул вперёд:

— Ваше сиятельство, дозвольте и мне слово молвить. Я тоже могу написать государю-батюшке о том, что здесь творится. Пусть знает, как союзнички себя ведут.

Суворов посмотрел на него с теплотой:

— Пиши, князь. Запретить не могу. Только с оглядкой. Павел Петрович и сам скоро всё поймёт.