Книга Раздвигая границы, страница 132 – Дмитрий Серебряков

Лицо профессора дрогнуло. Уголки ее губ медленно поползли вверх, ломая маску строгой академической серьезности.

Сначала это был лишь тихий сдавленный звук, похожий на прерывистый выдох. Затем плечи Софи мелко затряслись. А секундой позже своды астральной библиотеки огласил громкий, заливистый и абсолютно неаристократичный хохот.

Софи хохотала так, как не позволяла себе с ранней юности. Она запрокинула голову, её идеальная осанка сломалась, и профессор буквально согнулась пополам, упершись ладонями в колени. Энергетическое кресло под ней пошло рябью, реагируя на мощный эмоциональный всплеск хозяйки. Смех отражался от невидимого купола домена, заставляя пульсирующие проекции духовных контуров и генетических спиралей хаотично мигать, будто библиотеку закоротило от переизбытка энергии.

Соня вжалась в спинку кресла, ошарашенно наблюдая за истерикой. Лейтенант инквизиции была готова к чему угодно: к холодному отказу, к яростным спорам, к угрозам задействовать политический вес рода Шереметьевых. Но к тому, что гениальный ученый Гадара потеряет рассудок от новости о шестнадцатилетнем подростке, она готова не была.

— Софи? — осторожно, с ноткой профессиональной тревоги позвала Соня, внутренне готовясь разорвать духовное соединение, если астрал подруги начнет коллапсировать. — Ты в своем уме? Что здесь смешного⁈

Профессор попыталась ответить, но из её груди вырвался лишь очередной приступ хохота. Она замахала рукой, призывая дать ей секунду, и наконец глубоко вздохнув, выпрямилась. На кончиках её длинных ресниц блестели энергетические фантомы слез.

— Ох, демоны меня побери… — выдохнула Софи, смахивая невидимую слезу и пытаясь придать лицу хотя бы тень былой серьезности. Зеленые глаза искрились диким, почти безумным весельем. — Прости, Соня. Просто… ты даже не представляешь, насколько у мироздания извращенное чувство юмора. И насколько идеальными порой бывают совпадения.

Лейтенант сурово нахмурилась.

— Поделишься шуткой? Потому что мне ситуация забавной совершенно не кажется. Я только что рассказала тебе о сущности, способной перекроить духовную физику нашего мира, и которая прямо сейчас сидит в теле подопечного моего отца.

— О, я прекрасно осознала масштаб угрозы, Соня, — Софи грациозно опустилась в кресло, закинув ногу на ногу. Веселье в её взгляде медленно трансформировалось в холодный расчетливый триумф. — И я внимательно выслушала твои условия. Абсолютная секретность. Никакого официального вмешательства. Никакой гвардии Шереметьевых под покровом ночи.

Она плавно подалась вперед, и её голос зазвучал вкрадчиво, пробирая до мурашек.

— Но видишь ли, моя дорогая подруга… мне не понадобятся гвардейцы, чтобы войти в дом коммодора тринадцатого сектора. Мне не придется подкупать слуг, прятаться в тенях или нарушать протоколы безопасности инквизиции, чтобы оказаться рядом с Акиро.

Соня напряглась. Интуиция полевого офицера буквально вопила, что сейчас произойдет непоправимое.

— О чем ты говоришь?

— Не так давно, — произнесла Софи с расстановкой, наслаждаясь каждым словом, — мой отец, бывший глава рода Олег Всеволодович, и мой брат Ярослав заключили политическую сделку. Они решили укрепить влияние нашей ветви в южных районах города. Ради моего согласия на этот фарс они даже передали мне Браслет Эреба.