Книга Искажение, страница 96 – Евгений Сладков

Неутешительность последнего вывода заключалась в том, что идей, как компенсировать эту удручающую разницу в «потерянном» мной времени, не находилось. Кроме одной. Как здорово было бы в Аномалии вновь оказаться тогда, когда время в ней течёт быстрее, чем снаружи. Как это случилось на вступительном Испытании.

Но — увы.

Если Охота пройдёт удачно, то попасть сюда нам более будет не суждено. Как старший Хтор и говорил, в Библиотеке действительно нашлась история запечатывания Аномалии под Академией. Там же приводился и перечень ограничений, заложенных владельцем Отклонения, который её запечатал. Первое из них гласило, что войти внутрь можно либо нулёвкой через испытание в Лабиринте, либо через Атрибутный проход. К проходу применялось уже следующее ограничение — воспользоваться им может лишь Воин между первым и девятым уровнем. Иначе говоря, до обретения своего Атрибута.

Когда прочёл обо всём этом, первой мыслью стало сравнение ограниченной Аномалии с этакой детской песочницей: нулёвки приходят за первой частью Силы, а юные Воины — за второй, заключительной. А дальше — пора во «взрослую» жизнь отправляться.

За первым неутешительным выводом шёл и второй. Из трёх основных Атрибутов, характерных для Щита, с одним я уже пролетел фанерой над Столицей. Лёд выбыл, оставив Землю и Камень. А ведь на выбывшего самые большие надежды я и питал. Ни Земля, ни производный от неё Камень ни разу не вызывали у меня мыслей о единстве с ними. Не ощущал себя подходящим им по темпераменту, характеру и всем прочим чертам, если, конечно, что-то личностное вообще влияет на отклик Атрибута.

Наставники как один твердили, что никакой связи между Атрибутом и личностью Воина нет. И я бы даже согласился с ними, если бы не парочка «но».

Первое, а точнее, первая — прелестная особа, что медитировала по соседству. Слишком хорошо Лёд подходил Меланите. Если она только мечтала об его отклике, то вот у меня никаких сомнений не возникало. Весь её образ, сложившийся у меня, уже давно и прочно ассоциировался именно со Льдом. А имя её Воплощения ещё больше уверило в неизбежности подобного исхода. Ничего аналогичного сказать ни об одном из своих не мог при всём желании. Ни Бремя Вечности, ни Отчаяние обречённого не содержали ни единого намёка на что-либо. На ум, конечно, приходила пара аномальных Атрибутов, но как приходила, так и уходила — где я и где они.

Правда, с Воплощениями я как раз и связывал второе «но». Пусть и очень косвенное, опосредованное. Если уж для «привычных» типов и видов Воплощений умудрились вывести закономерности, как с тем же Щитом и характерными ему Атрибутами, то эта цепочка легко продолжалась дальше. Нужно только умудриться увидеть связь между самим Воплощением и личностью Воина. Правда, тут уже я сам начинал пасовать — какие мои качества могли лечь в основу Щита? А Брони? А у Мелы? Или Миктлана? Да один Предел знает!..

На том я более предаваться рефлексии не стал. Принял волевое решение хотя бы заняться тренировками по удержанию, увеличению срока материализации Щита и Брони. Самому в глубокие медитации по придуманной схеме «ремонта» Ядра погружаться было не с руки из-за данного обещания. А терять драгоценное время, пока Мела занята делом, тоже не вариант — неизвестно, сколько ей его потребуется. Процесс создания собственного Средоточия Атрибута не поддаётся прогнозам. Можно и за час управиться, а можно и за месяц не уложиться. В последнем случае, вероятно, всё закончится плачевно — веры в то, что тело выдержит столь долгую медитацию, нет.