Книга Искажение, страница 94 – Евгений Сладков

И Кирон с Айлин невольно опять замерли.

Замерли и переглянулись, принимая обоюдное решение без слов.

Какое-то время они так и стояли истуканами, ожидая, что же будет дальше.

А когда вспышки последовали одна за одной, сопровождаемые только яростным рёвом Зверя, ребята сделали то единственное, что и до́лжно Воинам Предела, — они рванули в сторону сражавшихся, наплевав на всё и вся!

* Росомаха Света: https://author.today/reader/433488/5002954

'Мои выводы?

Они такие же неутешительные, как у всех.

Но я их игнорирую.

У меня есть более важное правило.

Если сердце кричит: «Бей!» — я не спорю.'

Дисан Неистовый

Внутри Башня нисколько не изменилась. Те же простор и пустота. Только на более тёмные — светящийся ледяной кристалл с запечатанным внутри телом отсутствовал, а стены Шпиля по-прежнему давали слишком слабый свет.

Особо не мудрствуя, вытащил из хранилища с десяток давно припасённых зелёных кристаллов. Часть протянул Меланите, на что получил благодарный кивок. А сам в очередной раз напомнил-предупредил:

— К стенам не прикасайся, особенно к символам и узорам. Подобный им и «сожрал» Примечательного наверху, — затем, прикинув, где именно ранее находился ледник, повлёк девушку за собой: — Пойдём.

Отведя на нужную точку, остановился и сказал:

— Здесь, — в ответ вновь получил кивок, после чего оставил Мелу, а сам вернулся в самый центр пространства-основания, где и решил организовать небольшой очаг для приготовления Зайца. Тем более, что всё для этого дела имелось в закромах. На стенки очага пустил когда-то собранную чешую Змея-Уробороса. Заодно и испытание пройдёт по стойкости материала к огню: не выдержит — избавимся, нечего хлам хранить. Мы всё-таки не древние люди, чтобы годами чахнуть над бесполезными горами.

Пока огонь весело горел, даруя гораздо лучшее освещение, чем старые-добрые зеленушки, почти успел закончить с подготовкой Зайца, как ко мне вернулась молчаливая и задумчивая Меланита. Не стал нарушать молчание и я: просто указал ей на импровизированный стульчик — рюкзак, набитый стопкой чешуек, — невозмутимо продолжил своё поварское дело. А точнее, его почти финальную часть: как раз присыпал нанизанные части тушки специями и готовился возложить их над углями.

В той же тишине прошла и последняя часть готовки, а после и сам перекус. Если, конечно, не считать за разговор те выражения неприкрытого блаженства, что сами собой возникли на наших лицах — невероятно вкусным и нежным оказалось мясо Трусливого Зайца. И это несмотря на далёкие от идеала условия готовки — ни о каком тушении, томлении и прочем речь не шла. Да и специи, когда-то мной банально позаимствованные в столовке Академии, приходилось расходовать экономно, что на вкусе тоже сказывалось.

Но это было исключительно моё мнение, у Мелы оно сильно отличалось:

— Власт, это очень-очень вкусно! Не знаю, какую магию ты применил, но если б встал выбор между твоей готовкой и столовкой Академии, я бы не колеблясь выбрала тебя!

Я аж поперхнулся! Слишком приятно звучали её слова, а фантазия сразу скакнула и того дальше, показывая, что «выбор» применим не только к готовке, но и к чему-то более значимому. Пришлось вновь трясти головой, выпроваживая непрошенное из головы.

Вообще, картина двух ребят, что расположились в самом центре высоченного и мрачного Шпиля и увлечённо уплетающих тут же запечённую дичь, — странное зрелище. Но, кроме нас, никого здесь не присутствовало, а нам, честно признать, было плевать на какие-то условности. Будь иначе, мы бы и сами посчитали себя сущими вандалами, посмевшими осквернить огнём и пищей пугающее, но всё же великолепное творение неизвестных архитекторов.