Книга Осознание [СИ + иллюстрации], страница 53 – Евгений Сладков

В лекторий, к слову, тот же самый, явиться требовалось также к девяти, но длительность пребывания увеличилась до трёх часов — её прописали на сей раз точно.

Далее, в практории следовало быть к тринадцати вместо четырнадцати. Получается, у нас будет час что-то перехватить быстрым набегом на столовую вместо прежних трёх. И в Библиотеку теперь никак не успеть в перерыве между. Сама же практика также заканчивалась в семнадцать. И опять часовой перерыв.

С восемнадцати и до двадцати одного — медиторий. О-хо-хо, за что-о-о… Уже сейчас чувствую, насколько ж адский выдастся денёк! Или просто организм ещё не успел отойти от прошедших испытаний?

Как бы то ни было, но дальнейшее сегодня в скором времени для меня кончилось — мягкая постелька, ранее обещавшая приключение на двадцать минут, коварно подарила забвение часов в десять. И сказать, что это было прекрасно — не сказать ничего!

Проснулся настолько отдохнувшим и будто заново родившимся, что начал свой день со старого-доброго комплекса упражнений древних на сотню повторений. Одно только вызывало расстройство — пробежку в комнате никак не осуществить, но решение смутно брезжило на горизонте. Идея заключалась в использовании П-1-О — практория, где прошло занятие Аркоса и Мелы, где, с их слов, присутствовала беговая дорожка. Но бросаться сломя голову туда, конечно, не стал. Если у ребят там занятие будет и сегодня, то озадачу их разузнать всё интересующее меня. А там, гляди, и ещё кто из них изъявит желание на утренних разминках присоединиться.

Так что после взаимных приветствий вопросом встречу утреннюю и продолжил:

— Аркос, у тебя практика сегодня там же, где вчера?

— Нет, — убивающе на корню ответил Скала, скармливая мою отличную идею по делегированию Розовому Обломинго.

Но отчаиваться не стал, и пришёл черёд остальных:

— Может, у кого другого есть занятие в П-1-О? Кирон, Миктлан?

И вновь Розовый подсуетился и украл все надежды — ребята лишь отрицательно покачали головой в ответ. Оставалось крайнее чаяние — Мела, которая как раз выруливала к нам со своего коридора-этажа, так что с ходу и взял ту в оборот:

— Привет! А у тебя сегодня практика опять в первом общем?

— Увы, но нет. А зачем тебе? — разочаровала меня девушка.

У-у-у, да чтоб Предел тебя забрал, Обломинго! Значит, буду действовать в лоб — просто пойду туда завтра прям с утра. Или мимоходом попробую заглянуть сегодня насчёт этого вопроса, если, конечно, переживу успешно все грядущие испытания.

Меланите же ответил:

— Да хотел узнать, можно ли в свободное от учёбы время воспользоваться им, заинтересован в дорожке беговой, что вы упоминали вчера.

М-да-а-а. Лучше бы я не говорил, зачем оно мне… Воззрились, словно ересь какую сказал. Ну и пусть их! Ещё и Миктлан-негодяй подзуживает!

— Мела, а Мела, ну-ка проверь лобик Власта. Кажется, ему вчера слишком сильно втащили, — вот ты какой друг, Светлый!

Хм-м, впрочем, ладно… Живи, брат! Ладошка, слегка коснувшаяся головы, ощущалась настолько воздушной и нежной, что дух захватывало, а глаза стремились прикрыться от удовольствия. И как же было жаль, что всё столь быстро кончилось!

— Лоб не горячий. Если повреждения и есть, то внутренние. Но тут я не помощница. Это к лекарям надо, — спокойно-холодный голос девушки совсем не гармонировал с прикосновением. Есть такое понятие, как «когнитивный диссонанс», так вот сейчас я бы его переиначил в «сенсорный» — настолько сильным воспринималось противоречие между ощущениями от осязания и слуха.