Книга Осознание [СИ + иллюстрации], страница 44 – Евгений Сладков

— И сразу обозначу несколько пунктов, — и обвёл взглядом меня, так и стоящего почти рядом с проходом в практорий, и всех тех неизвестных, что находились где-то там за мной.

— Первое. Вы — никто. Вы — мусор. Вы настолько никчёмны, что не способны даже Воплощение своё осознать, несмотря на весь свой Потенциал. Но не переживайте. Мы всё исправим! Или вы сдохнете. А потом проклянёте миг своего появления не только в Академии, но и в мире. Вопросы? — и только настороженная тишина безмолвным ответом звучала. — Что ж, отлично!

— Второе. Вас — много. Но и меня тоже много! — при этих словах старший сперва раздвоился, а потом размножился аж в пару десятков. А то и больше!

Очуметь! Это чего вообще такое? Ответа никто мне, разумеется, не преподнёс ни на блюдечке, ни на чём-то ином, зато старший продолжал, теперь уже многоголосо:

— И страдать вы будете много. И очень сильно!

Звучали слова в исполнении зычного хора нереально жутко. Пробирало, точно обещая грядущие трудности. Но я уже преодолел вступительное Испытание, обрёл Воплощение, выдюжу и здесь! Как когда-то завещал Потря Суровый: «Воля — это первый элемент. Кровь — второй. Пот — третий». Все три элемента у меня найдутся! А если и нет, то взращу и добуду!

— Третье. Как звучат ваши имена меня совершенно не интересует. Вы для меня: первый, — ближайшая из копий ткнула пальцем в меня и тут же возникла рядом. — Второй, третья, четвёртый… — с каждым называемым номером ряд копий редел, пока у входа не осталось никого. Последняя растаяла на числе двадцать три.

А нас не так-то и мало, как мне думалось изначально. Хотя по сравнению с другими группами наверняка всё же самая малочисленная.

— Последнее. Я — старший Мала́ктор. Воин двадцать девятого предельного уровня, — раздалось-размножилось со всех сторон практория. — И раз я трачу на вас своё время, то будьте уверены, вы сполна оцените каждую секунду. И начнёте прямо сейчас!

Каким-то чувством, неизвестным по своему номеру, успел уловить лёгкое колебание-колыхание воздуха, но хоть как-то среагировать не успел…

Пришла боль.

Удары палкой, мгновенно возникшей в руках «моей» копии Малактора и подозрительно горящей вязью символов, посыпались настолько быстро и часто, что мозг вообще никак не успевал увидеть их и разделить на единичные. Что уж говорить о противостоянии. Только и смог, что инстинктивно прикрыть голову руками, подняв предплечья, заключив в «коробочку». Спасло ли это как-то меня? Конечно, нет!

И, судя по проклятиям, стонам, хрипам и крикам, образовавшим настоящую какофонию, такая судьба настигла и всех остальных двадцати двух «счастливчиков». Настигла, а затем также внезапно исчезла, оставив после себя тела истинных неудачников, валяющиеся на полу.

Но не всех, нет.

Не так далеко, как ранее казалось, обнаружился стоящий, пусть и весьма сгорбленно, но стоящий, темноволосый паренёк. Дышал тяжело, с присвистом, что доносился даже до меня.

Поразительным было совершенно иное. Не тот факт, что возле него не находилось копии Малактора. А тот, что в руках парня горело Воплощение — одноручный клинок сантиметров шестидесяти в длину.

— Семнадцатый, свободен! — многоголосо раздалось со всех сторон.

А затем начался новый раунд. И за ним — ещё… И ещё!..

И так продолжалось многие тысячи лет… А может, и дольше, может, вовсе целую Вечность.