Книга Любовь и годы. Вдали от Родины, страница 89 – Марина Павловская

— А костел Петра и Павла видели?

— Да. Он великолепен.

— В Штеттине можно увидеть все,- сказала Хильда, закуривая сигарету.- Готику, барокко, классицизм… Польский костел и немецкую кирху, даже шведскую церковь.

— Почему? – спросила Сюзанна.

— Очень давно, в десятом веке,- объяснил Петерсон,- Штеттин, тогда Щецин, был в составе древнепольского государства, потом в составе Священной Римской империи.

— А когда город был шведским?

— В 17 веке, после окончания шведской войны. А через сто лет окончательно отошел к Пруссии.

После обеда расположились в уютной гостиной. Мужчины стали обсуждать очередное выступление Черчилля по британскому радио. Женщины лакомились виноградом и тихонько сплетничали.

— Когда ждешь Руди? – спросила Хильда.

— Через неделю. Он обещал мне привезти страусовое боа к черному платью.

— Боа теперь не в моде.

— Глупости! Не в моде для тех, кто не может купить. Да! Знаешь, Хильда, мы вчера видели Диану. Тринадцатого у нее премьера, «Севильский цирюльник». Она поет Розину и обещала нам ложу. Ты сможешь пойти, Хильда?

— К сожалению, нет. У Эрвина прием в Норвежском посольстве.

— Жаль. Но вы, Линда, должны пойти непременно. Вы не представляете, какая у нас шикарная Опера! Диана – наша примадонна.

Сюзанна достала пластинки с французскими песенками и объявила танцы. Линда прекрасно танцевала, Зиберт и Петерсон по очереди приглашали ее, с первых же па угадав в ней достойную партнершу. Линда легко кружилась в медленном вальсе и с грустью вспоминала последнюю вечеринку до войны. Тогда танцевали под «Брызги шампанского» и «Утомленное солнце». Юноши наперебой приглашали ее… Как давно это было!

Что касается Пауля, то он был занят одной Сюзанной. Лениво ведя ее в ритме бостона, он видел блестящие живые глаза, призывную улыбку, обнаженные плечи и руки. Склонив золотую головку на плечо Дитриха, Сюзанна многозначительно шепнула:

— Через неделю приезжает мой муж.

Это был призыв к действию. Пауль понял, ближе прижал женщину к себе и, улучив момент, осторожно коснулся губами обнаженного плеча около выреза платья.

— Ах! – вспыхнула от удовольствия Сюзанна.- Что вы, Пауль! Как можно!

— Простите. Но вы не должны на меня сердиться. Разве вы не знаете, что наши предки были в родстве?

— Неужели?

— Да, да. При Карле Пятом у нас был общий пра-пра-прадед.

И Дитрих, склонившись к ее ушку, стал нашептывать всякие глупости, от которых она, чуть краснея, тихо хихикала.

Линда из-под длинных ресниц наблюдала за ними. Ей было смешно. «Похоже, что сегодня он останется здесь,»- подумала она.

В десять Сюзанна, не забывая о своих обязанностях хозяйки, подала чай. Вскоре уехали Петерсоны. Линду развлекал Артур, показывая ей военные журналы зятя. Пауль помогал Сюзане на кухне, слышно было, как они хохотали над разбитой чашкой.

…Офицер, смеясь, собрал осколки и шагнул к женщине.

— Сюзанна, я без ума от вас,- тихо сказал он и привлек ее к себе. Она ахнула и ловко скользнула в его объятия.

Дитрих в каком-то шальном бурном восторге стал покрывать поцелуями ее шею, плечи, руки, вдыхая запах золотистых волос. Ее послушное тело обмякло у него в руках.

« Зачем это все? Что подумает Линда?» - мелькнула вдруг у него странная мысль.

— Пауль… ты останешься у меня…- прошептала Сюзанна.