Книга Эра белого орлогрифа, страница 108 – Анюта Соколова

— Как спокойно ты говоришь об открытии мирового значения! — профессор вприпрыжку забегал между столов, напоминая резиновый мячик. — Это же переворот в науке! Нет, больше — переворот всей науки Ашинора! Иной мир, споры чужой жизни! Бранден, ты уверен, что не хочешь фигурировать в докладе?

— Абсолютно, — покачал головой Бран. — В данном случае мы с Ши такие же инструменты, как эти контейнеры.

Я быстро закивала. Публичные выступления, которые то и дело поминал Арсез, пугали меня до дрожи в коленках.

— Глупые дети, — проворчал профессор. — Слава — это дополнительная защита. Вам, госпожа Шиано, она не помешала бы. Тронуть знаменитость никто не посмеет.

Бран вопросительно посмотрел на меня, я истово замотала головой:

— Нет-нет, господин Арсез! Такой защиты, когда постоянно придётся быть на виду, мне точно не надо!

— После моего доклада десятки учёных захотят примазаться к славе, — сердито произнёс Арсез. — А два гордых ребёнка — отказываются.

— Два гордых ребёнка устали, проголодались и хотят домой, — Бран спрыгнул со стола.

После его слов мой желудок согласно заурчал.

— Госпожа Шиано, я жду ваш отчёт! — встрепенулся профессор. — Самое позднее — завтра утром!

— Завтра вечером, — поправил Бран. — Утром Ши получает свой аттестат.

Аттестат! Тьма, я совсем о нём забыла… Совесть колючим ёжиком заворочалась внутри. Бран протянул мне руку. На выходе из портала обеспокоенно заглянул в лицо:

— Ши, ты чего погрустнела?

— Стыдно, — выдавила я, не глядя на него. — Всё, что случилось на практике, — результат моего стремления получить нормальный аттестат с отметкой о прохождении практики. Но последние два дня у меня не появлялось даже мысли на эту тему.

— Да когда появиться мыслям-то? — совершенно естественно удивился Бран. — Мы же делом были заняты. Переодевайся и ставь чайник, будем обедать. Я голодный, как стадо ослорогов, могу целую копытку проглотить.

— Схрумкать, — улыбнулась я.

Как ему это удаётся? Вроде ничего такого не сказал, а настроение поднял. Я вымылась, сменила форму на платье, расчесала волосы и подмигнула своему отражению в зеркале. Когда я вернулась на кухню, Бран что-то жарил аж на двух сковородках.

— Помогай! — бросил он мне весело. — Последи, чтобы не пригорело, я тоже хочу в душ. Иномирная пыль ничем не лучше обыкновенной. Тело чешется.

В шутку я почесала ему спину между лопатками. Бран довольно изогнулся, словно кот.

— О-о… Ши, это попытка соблазнения? Считай, что я уже на всё согласен!

— Даже отдать свой обед? — рассмеялась я.

— Ты разрываешь мне сердце! Выбор между девушкой и едой, с моим-то аппетитом! Ничего не остаётся, как только позорно сбежать, — Бран протянул мне лопатку, которой помешивал жаркое.

После его ухода я заварила чай, честно следила за сковородками и старалась не думать над вопросом: в чём причина моего безграничного доверия? Если бы подобное сказал Арвель, его слова вогнали бы меня в краску, услышь я похожую шутку от кого-то ещё — сама бы трусливо сбежала. Но Бран не вызывал страха. Жгучий интерес, уважение и тёплое чувство, гревшее изнутри.

Вернулся он быстро, на ходу застёгивая рубашку. Достал из шкафчика тарелки и разложил на двоих содержимое сковородки. Уминали мы так, словно и впрямь подхватили аппетит от бестий, более того, после того как Бран прикончил свою порцию, он положил себе половину второй сковородки.