Книга Эмкаэлка, страница 20 – Анюта Соколова

— Вы ничего не сказали о баронессе.

— Аглáя Тоден необычайно моложавая и на редкость молчаливая дама. Она за всеми следит, всё подмечает и ни с кем не разговаривает, во всяком случае, в моём присутствии. Седьмая дочь герцога Дешо́ра, несомненно, считает ниже своего достоинства беседовать со мной или друзьями барона.

Глаза чайного цвета весело блеснули:

— Нувориш, поэт, пожилая дама, друг семьи, чванливая аристократка и сельские жители. Что в этой компании делаете вы, госпожа Керон?

— Официально Франс Тоден за мной ухаживает. Он пригласил меня погостить после нашей якобы случайной встречи у общих знакомых. Неофициально Сеймус Тоден подозревается в государственной измене. Господин, пожелавший остаться неизвестным, настрочил кляузу на три листа о том, что барон продался императору и тайно вербует шпионов. Готова съесть вторую перчатку, если это правда. По моему мнению, барон способен шпионить исключительно за бутылками в собственной кладовой. Однако донос есть донос, а Грегори славится своей дотошностью.

— Не боитесь остаться без перчаток? — улыбнулся Эрен.

— Нисколько. Я не возмутилась только потому, что летом в столице пыль и духота, а в поместье барона свежий воздух, прекрасный тенистый парк, дом на берегу озера и чудесный вид из окон. Ко всему этому, к сожалению, прилагается сам Франс: он неуклюж и скучен до зевоты. Будь он на самом деле моим женихом, я сбежала бы от него после первого же танца.

— Кстати, о женихах, — Эрен опять стал серьёзным. — Насколько я понял господина Фолера, господин Велор и вы собираетесь… собирались пожениться. Как это согласуется с вашей ролью в поместье барона?

При упоминании Дилана защемило сердце.

— Господин Велор знал о моей работе и мирился с ней. Мой контракт с Тайной службой — пожизненный. Но Грегори великодушно позволил мне выйти замуж и заниматься исключительно безобидными вещами: аналитика, отчёты, переписка. Слежка за бароном должна была стать моим последним секретным заданием.

— Подозрительная щедрость. Я бы вас не отпустил.

— Мне двадцать девять лет, господин Эрен. Ещё год-два — и возраст будет не скрыть. Мужчины легко откровенничают с юными и наивными девочками. Женщины за тридцать им не интересны, хватает собственных постаревших жён. Поэтому Грегори немного потерял. Хотя он долго упирался и дал согласие на брак лишь месяц назад.

— Вы… — Эрен запнулся. — Вы выглядите от силы на двадцать с хвостиком, госпожа Керон. Я очень удивился, узнав ваш настоящий возраст.

— Грегори строго наказывает тех из нас, кто расплывается и теряет форму, — усмехнулась я. — Диета, упражнения, отсутствие вредных привычек.

— Вроде наливки с утра? — подмигнул он.

— Вроде, — я попыталась улыбнуться.

Воспоминания о Дилане вызывали боль. Дилан при нашей первой встрече — холодный неприступный красавец. Дилан, пылкий и страстный, признаётся мне в любви. Дилан, решительный и взволнованный, на коленях просит моей руки… Дилан с позеленевшим лицом выбегает из лаборатории, где меня воскресили в искусственном теле.

— Госпожа Керон! — голос мага донёсся словно издалека. — Госпожа Керон, с вами всё хорошо?

— Со мной всё отвратительно, — честно призналась я. — Три недели я буду вспоминать, как один мой вид вызвал у моего жениха тошноту.

— Тогда найдите того, кто вас убил, — ответил Эрен. — Найдите и отомстите. Это не изменит факта вашей смерти, но придаст смысл этим трём неделям.